Мой брат Анастазия (1973)

Пыль на проселочной дороге поднимал Лука, тормозя у аптеки. В кармане у него был флакон с антибиотиками для сестры. Анастазия, в застиранном халате, встретила его во дворе: «Опять у Мариетты стащил? Дурак». Она боялась, что его заберут в участок. Он бросал сверток на стол, заваленный счетами от больницы, а доктор Риччи уже требовал оплаты за последний рентген.

В трактире сын аптекаря Карло наливал ему вино с усмешкой, напоминая о долгах. Их отец давно заложил мастерскую, и теперь бремя легло на Луку. Анастазия, стирая руки до красноты в прачечной, тайком согласилась на встречу с нотариусом Бьянки. Тот нашёл старое дядино завещание, спрятанное в сундуке под слоем оливкового масла — призрачный шанс на спасение.

Лука, одержимый этой надеждой, вскрыл пол в заброшенной кузнице в поисках спрятанных лир. Соседка Клара кричала, что он сошёл с ума, что там сдохли крысы. А над всем этим стоял непрерывный звон церковных колоколов, будто напоминая, что в их маленьком городке каждый шаг виден как сквозь стекло витрины.