Троцкий (1993)

В Вене 1913 года Лев Бронштейн, ещё не Троцкий, спорит о марксизме, кроша штрудель на газету. Наталья Седова тихо напоминает ему о лекарствах — его сердце не железное. Годы спустя, в цюрихской библиотеке, Ульянов, листая Гегеля, отмахивается от его теории как от детского лепета. Бронштейн молча курит, пепел опадает на рукопись.

Уже в изгнании, в Мехико, Фрида Кало рисует его портрет и спрашивает, почему он не боится Сталина. Он, чистя клетку с кроликами, своим новым увлечением, отвечает, что страх — роскошь для тех, у кого есть будущее. Будущего у него не осталось.

А потом — удар. Рамон Меркадер врывается в кабинет с альпенштоком. Троцкий успевает схватить пистолет, но ледоруб настигает его раньше. На столе остаётся недописанное письмо Наталье: просьба купить семена для георгин. Последняя, простая мысль в конце долгой и яростной жизни.