Дверь захлопывается за спиной Розы и Якоба в тот миг, когда они переступают порог тайного студенческого общества. Парень с девушкой искали закрытую вечеринку, нашли место, где маски и капюшоны скрывают лица, а обряды больше напоминают кошмар наяву. Выбраться обратно уже не получится: устав клуба не предусматривает ухода. Герои теряют не просто свободу - они отдают контроль над собственной волей, растворяясь в чужой игре. Вокруг мелькают тени, пахнет ладаном и страхом. Роза чувствует, как трещит
Робин носит в себе молоко, которое никому не нужно. После рождения мёртвого ребёнка её тело продолжает выполнять свою работу, и это становится её личной, почти навязчивой задачей: она решает стать донором. Но на пути возникает бюрократическая и человеческая глухота, которую невозможно преодолеть простым желанием помочь. Чем больше усилий она прилагает, чтобы избавиться от этого молока, тем сильнее оно напоминает ей о потере. Физиологический процесс оборачивается тихой, упрямой борьбой за право
Весна 1945 года. Поезд с сотнями еврейских заключённых застревает у немецкой деревни, занятой Красной Армией. Для трёх женщин, оказавшихся по разные стороны истории, это столкновение становится личным испытанием. Винни, местная жительница, Симона, голландская еврейка, и русский снайпер Вера движимы недоверием и страхом. Каждая потеряла что-то своё в этой войне, и случайная встреча грозит обернуться новой трагедией. Но вопреки отчаянию и жажде мести между ними зарождается дружба. Вопрос в том,
В немецком лесу находят четырёхлетнего мальчика. Спустя сорок лет Гюнтер живёт обычной жизнью: он театральный актёр, воспитывает дочь Лиззи, крутит роман с замужней женщиной. Прошлое его не тревожит, пока на мосту незнакомец не шепчет ему на ухо одно слово. Этого хватает, чтобы тихое существование дало трещину. Слово работает как ключ: Гюнтер начинает замечать, что люди вокруг говорят не то, что думают, а привычные вещи выглядят иначе. Режиссёр Алекс ван Вармердам смешивает фантастику с бытовой