Мелвин Джанко теряет последнее - даже собственное тело. Слабак и объект насмешек, он вылетает из окна оздоровительного клуба прямо в лохань с токсичными отходами. Но ядовитая жижа не убивает его, а превращает в гигантского мутанта по кличке Токсичный Мститель. В новой оболочке Мелвин находит то, чего у него никогда не было: силу и цель. Теперь он бродит по родному штату, выслеживая тех, кто привык безнаказанно портить жизнь другим. Слаг, Бозо и прочие местные мерзавцы быстро узнают, как
Марк Торгл, сыгравший уборщика Мелвина в «Токсичном мстителе» 1984 года, впервые едет на конвент монстров. Он смотрит на фан-встречи, косплей и автограф-сессии глазами человека, чья роль стала культовой. Но за тридцать лет молчания скрывается не просто усталость от образа. Торгл носит с собой секрет, который держал его в тени всё это время. Конвент кипит, а прошлое нагоняет. Чем ближе встреча с фанатами, тем тяжелее груз того, что он так и не рассказал. Вопрос не в том, узнают ли его. Вопрос в
Пятидесятилетний актёр, когда-то сыгравший футболиста-каннибала Смэш-Маута в культовом фильме ужасов, узнаёт, что студия готовит новую часть. Роль, которая сделала его известным, снова свободна. Только вот студия рассматривает другого претендента - того самого парня, который делил с ним гримёрку в 1970-м. Старые счёты, застарелая обида и желание доказать, что он всё ещё способен надеть маску, толкают героя в обратную сторону от покоя. Прошлое не просто напоминает о себе, оно требует финального
Тихая девочка Молли собирает в своём доме школьных обидчиков. Вечеринка начинается с нервного смеха и неловких игр, но один неверный шаг ломает хрупкий порядок. Древний демон превращает гостиную в ловушку: каждый гость должен рассказать страшную историю, чтобы остаться в живых. Молли не просто боится монстра. Она загнала себя в угол, где старые раны смешиваются с новым ужасом. Обидчики, ещё минуту назад всемогущие, теперь так же беспомощны перед силой, которую не понимают. Ночь становится
Стрелка часов застывает на обеде, и привычный мир снова трескается, подсовывая очередную порцию жуткой нелепицы. Герой, Большой Толстый Ребёнок, возвращается к своему странному ритуалу. Он усаживается перед экраном, готовый проглотить новую антологию безумия, где гротеск переплетается с отвратительным смехом. Каждая история, как испорченный кусок из мусорного ведра, разворачивается перед ним, заставляя кривиться то ли от страха, то ли от омерзения. Здесь нет спасения от банального, оно само