Жак запер себя в винной тюрьме собственного изготовления. Бутылки повсюду, но пить ему запретили врачи — сердце пошаливает. Дела в магазине шли ко дну, а одиночество стало привычным вкусом, терпким и пустым. Он ожесточился, сгорбился под тяжестью прошлого. И вот однажды дверь открылась, и в его мир, пахнущий дубом и тоской, впорхнула она. Гортензия. Медсестра, чья жизнерадостность резала слух, а в вине она не понимала ровным счётом ничего. Для Жака вино было языком души, для неё — просто
В заброшенной штольне шахтёр Люк Моро находит дневник погибшего коллеги. Строки в нём тревожные, непонятные: «Вода под ногами, но молчат все». Его напарник Мартен отмахивается, называет это бредом. Но вскоре их шахту заваливает, и геолог Софи Леруа обнаруживает в пробах воды цианид. Она пытается докричаться до управляющего, но тот приказывает молчать. Тем временем дочь Люка, медсестра Элиз, видит, как в городской больнице множатся случаи странных болезней у детей. Власти твердят о совпадении. А
Главный герой — Элиас. Он живёт в мире, где всё подчинено строгому порядку, а эмоции считаются слабостью. Он один из тех, кто поддерживает эту систему, верит в её разумность. Но внутри у него пустота, тихий, необъяснимый голод. Всё меняется, когда он встречает Лиру. Она живёт иначе — чувствует острее, видит красоту в случайных вещах, в ломке света, в тишине. Сначала Элиас сопротивляется, это кажется ему хаосом, угрозой всему, что он знает. Но её присутствие становится трещиной в его собственном
Мона перешагнула шестой десяток и впервые за долгие годы позволила себе выдохнуть. В её жизни наступила пауза, редкая и хрупкая, когда можно было просто быть. Дышать. Думать о себе. Но этот миг оказался обманчивым. У её сына, и без того требующего постоянной поддержки, рождается ребёнок. И привычный груз ответственности снова наваливается на плечи, только теперь он тяжелее. Колыбельные сменяют бессонные ночи, а тишину — новый детский плач. Мона справляется. Она знает, как это делать. Она всегда