Филиппе, богатый аристократ, прикован к инвалидному креслу после трагического случая. Он циничен и одинок, прогоняя одну сиделку за другой — их жалость душит его. Однажды в его доме появляется Тито, неустроенный парень с улицы, пришедший лишь за справкой для биржи труда. И он единственный, кто не видит инвалида — он видит человека. Его грубоватая прямота и отсутствие пиетета поражают Филиппе. Он нанимает Тито, и это становится началом странного союза. Бездомный хулиган и изысканный паралитик.
В элитной школе-интернате, за стенами, где всё подчинено правилам, рождается что-то настоящее. Несколько учеников, таких разных, находят общий язык не на уроках, а в тесной комнатке общежития. Их объединяет музыка. Это их тихий бунт, их способ дышать. Каждый приносит с собой частичку себя: один — виртуозные гитарные риффы, другой — чёткий ритм ударных, третий — голос, в котором живёт вся их общая тоска и надежда. По вечерам, после учебного дня, они собираются и репетируют. Сначала это просто
Это выглядело как обычная жизнь благополучной семьи. Арчибальдо Пуччио — отец, строгий, уважаемый человек. Его дом — тихая гавань в бурлящей Аргентине 80-х. Но за этим фасадом скрывалось нечто чудовищное. Идиллия была обманкой. Арчибальдо и его сыновья вели двойную жизнь. Они похищали людей. Друзей, знакомых, тех, кого знали годами. Жертв увозили в их же собственный дом, где неделями держали в крошечной комнате, вымогая выкуп. Особенно страшно было наблюдать за Алехандро. Он, казалось,
Каждое утро в семь пятнадцать София стучит в его дверь. Протягивает конверт с надорванным углом. «Опять твои счета в моём хаосе». Их мир — это сломанный лифт, запах эмпанадас и треснувший кафель в ванной, который Лукас безуспешно заклеивает скотчем. Однажды она теряет ключи. Он находит их в луже, с старым браслетом из синих ниток. После дождя сидят на кухне, пьют мате из общей калебасы. Она рисует на салфетке проект. Он чинит кофемашину, украденную из бара. «Если дорисую до пятницы, уеду в