Пьер, человек с жёстким характером и привычкой командовать, возвращается в родной квартал, чтобы принять дела в отцовской автошколе. Отец при смерти, и дело нужно спасать. Но вместо знакомого порядка Пьер находит мир, где учат совсем иначе: мягко, терпеливо, с уважением к ученику. Первая же встреча с новыми реалиями выбивает его из колеи. Пьеру приходится ломать собственные представления о том, как правильно. Старые методы не работают, авторитет не даётся по умолчанию. Под угрозой не просто
Ракка, 2015 год. Фаустина уезжает из Парижа с пятилетним сыном, не сказав мужу Сильвену ни слова. Она везёт ребёнка в Сирию, чтобы присоединиться к ИГИЛ. Добравшись до города, женщина понимает: обещанного рая нет, есть ад, из которого не выпускают. Французские службы разводят руками. Сильвену помогают двое молодых активистов, Габриель и Аднан. Они берутся вытащить Фаустину и мальчика из-под носа боевиков. Операция опасная: каждый неверный шаг грозит провалом и гибелью заложников. В основе
Британский Бриксем, 1914 год. Рыбацкий порт принимает волну бельгийских беженцев - больше двух тысяч человек, выброшенных войной на чужой берег. Герой оказывается среди тех, кто пытается удержать свою жизнь в тесноте временных убежищ и подозрительных взглядов местных. Угроза не в линии фронта, а в том, как быстро привычный порядок сжимается до борьбы за еду, кров и человеческое достоинство. Противник - не вражеский солдат, а холод равнодушия и страх перед чужим. Герой берётся за хрупкую связь
После аварии Мэрлин теряет не просто здоровье своего партнёра, а его самого. Пёрт получает тяжёлую травму мозга, и теперь его личность распадается на осколки: прошлое ускользает, привычки ломаются, поведение становится чужим и пугающим. Женщина убеждена, что любовь способна вернуть прежнего человека. Она берёт на себя заботу о нём, но каждый день сталкивается с тем, что «новый» Пёрт не узнаёт её, злится или смотрит сквозь. Мэрлин всё глубже погружается в принятие: ей предстоит понять, сможет ли
В отделении пульмонологии, где каждый день кто-то не доживает до утра, Симон научился не пропускать чужую боль внутрь. За семнадцать лет работы он отточил профессиональную отстранённость: держать дистанцию, не привязываться, не паниковать. Но его собственная мать поступает в соседнюю палату, и состояние у неё критическое. Привычный щит перестаёт работать. Симону приходится вести приём, ставить диагнозы и принимать решения, зная, что за стеной лежит его семья. Он привык контролировать всё, но
Первый удар она наносит сама - кулаком в лицо однокласснице. Дуния, пятнадцать лет, парижское гетто, хочет не просто выжить, а подняться. Власть и деньги здесь берут силой, и она готова их взять. Вместе с подругой Маймуной девушка проталкивается в местную сеть наркоторговцев: мелкие поручения, проверка на смелость, чужая территория. Но в этой же бетонной клетке существует другой мир. Молодой танцовщик Дигий танцует не напоказ, а будто вырываясь из тесноты квартала. Дуния замирает, увидев его. И
Парижские гостиные сверкают хрусталём, но для уборщиц и нянь из Африки этот блеск оборачивается клеткой. Анжель приехала из Кот-д’Ивуара с сыном и мечтой о достойной жизни. Случайное место в зажиточной семье открывает ей другую сторону французского быта: хозяйки не видят в прислуге людей, а контракты существуют лишь на словах. Встреча с такими же эмигрантками, как она, подтверждает худшее. Женщины работают за копейки, боятся депортации и молчат об унижениях. Анжель видит, что её новые подруги