Инженер Ли Цзянь с головой в отчётах и дедлайнах. Ему нужно проложить тоннель, а местные монахи во главе со Сюэлин твердят о спящем драконе, чьи слёзы поят их поля. Он отмахивается — сказки. Реальность это штрафы за простой и давление грунта. Но на глубине в двести метров техника начинает сходить с ума, показывая трещины, похожие на следы лап. В пыльных чертежах полувековой давности Ли находит предупреждение: «Не бурить — гнев Цинлуна». А Сюэлин в это время, рассыпая соль у порога храма, слышит
Однажды в его доме появилась дверь. Просто дверь, которой никогда не было. Она стояла в стене, тёмный прямоугольник, ведущий в никуда. Сначала Линь Вэй думал, что это галлюцинация, игра усталого разума. Но дверь была настоящей. Она притягивала, пугала своей безмолвной тайной. Он пытался её игнорировать, завешивал, но она вновь возникала, неумолимая. Его подруга, Сяо Мэн, не верила ему, пока однажды не увидела всё сама. Это был разлом в самой реальности, портал в другой мир, точную копию их
Чтобы собрать двести тысяч на операцию для дочери, Гао Юэсян переступила черту. Оступилась. И оказалась за решёткой. Там, где, казалось бы, жизнь должна остановиться, она вдруг обрела странный смысл. В этих стенах она встретила их — Хэй Мэй, Дэн Хун, Ху Пин, Го Айми. Совершенно разных. Взрывных и молчаливых, тех, кто прячет боль за шуткой. У каждой за плечами — своя пропасть, своя вина, своя незаживающая рана. Но их объединяло одно — упрямое, почти немыслимое в этих стенах нежелание сдаваться.