Пятеро молодых людей запираются в загородном доме на уикенд. Их общая одержимость: реконструировать три политических фильма - Годара, Фароки и Мендьеты. Но чем глубже они погружаются в чужой замысел, тем отчётливее между ними проступает своё, личное. Изолированный особняк перестаёт быть мастерской. Желание точно воспроизвести кадры перетекает в чувственное приключение, где каждый жест отзывается не на экране, а в теле другого человека. Герои не просто разбирают чужое искусство - они невольно
Лукас потерял мать и боится потерять контроль над единственным, что подвластно его воле: собственным телом. Одержимый формой и мышцами, он срывается в заброшенный прибрежный городок вместе со старшей сестрой Хильдой. У них одна цель: исполнить последнее желание матери любой ценой. Дорога и чужая, вымершая атмосфера выталкивают брата и сестру из привычных ролей. Комедия и драма здесь замешаны в горьковатый коктейль: смешное и неловкое идёт рука об руку с болью, которую не заговорить. Смогут ли
Прах сестры, развеянный над морем, остаётся единственной точкой опоры для Марселы. Она не может заставить себя вернуться к привычному ритму: дом перестал быть убежищем, муж и дети существуют в другой реальности. Единственный, кто не требует от неё прежней себя - Начо, молодой друг дочери. С ним Марсела сбегает из города, где всё напоминает о Рине. Их путешествие - не попытка забыться, а путь к тому, чтобы научиться жить с этой пустотой. Чем дальше они уходят от дома, тем яснее она понимает: