Варшава. Осенняя сцена, свет софитов и женский голос, от которого перехватывает дыхание. В Париже другая девушка с таким же именем внезапно чувствует чужую боль в груди. Две Вероники не знают друг друга, но их соединяет необъяснимая связь: одна живёт музыкой и сценой, другая ищет себя в любви и повседневности. Когда одна замолкает, вторая словно подхватывает её жизнь, не понимая, откуда берётся эта тоска. Кесьлёвский снимает историю не про совпадения, а про ощущение двойного существования:
Двенадцатилетний Макс находит в Андах наконечник Солнечного копья. Космическая энергия делает его вундеркиндом с безупречным телекинезом, но приносит не только силу. В школе он по-прежнему изгой, и каждый новый день напоминает: чудеса не решают старых проблем. Вдобавок за копьём охотится пришелец Зак, и Макс чувствует, как обычная жизнь ускользает. Секунды, когда он просто мальчишка, тают на глазах. Остаётся понять, что дороже: дар, ломающий всё вокруг, или возможность остаться собой. Вечером
Польский орнитолог Анна приезжает в Руанду изучать популяцию грифов. В 1994 году после крушения президентского самолёта страну раздирают столкновения между племенами тутси и хуту. За сто дней экстремисты уничтожают около миллиона человек. Анна становится свидетельницей геноцида и спасает Клодин, дочь своего сотрудника из племени тутси. Она помогает девушке бежать в Польшу. В Кракове обе женщины пытаются забыть пережитый ад. Но тишина чужой квартиры, звуки сирены или незнакомый язык на улице