Экзорцизм над маленьким Дэвидом Глатцелом идёт не по плану: священник и семья бессильны, а Эд Уоррен получает сердечный приступ. Тогда Арни, парень старшей сестры мальчика, предлагает демону свою душу. Через некоторое время Арни убивает домовладельца и клянётся, что ничего не помнит. Впервые в истории США подозреваемый в убийстве заявляет о невменяемости по причине одержимости, и судьба парня теперь в руках Уорренов. Эд и Лоррейн пытаются доказать то, во что никто не поверит: что за телом стоит
Пыль индонезийского порта, взгляд в спину и приказ: довести свидетеля до самолёта. Агент сверхсекретной разведки «Призраки» работает без знаков различия и права на ошибку. Ему и местному офицеру полиции нужно протащить ценного информатора через 22 мили чужого города. Каждый квартал здесь может оказаться ловушкой, каждый прохожий - наводчиком. Заговор тянется к верхам, и доверять нельзя никому, кроме собственного ствола. Чем ближе взлётная полоса, тем плотнее сжимается кольцо. «Ты веришь кому-то
Переехав с родителями в тихий провинциальный городок, Зак знакомится с очаровательной соседкой Ханной и её отцом, который оказывается знаменитым автором серии подростковых триллеров «Ужастики». Проблема в том, что все эти вечно голодные оборотни, агрессивные садовые гномы и гигантский снежный человек - не плод воображения. Роберт Стайн пишет книги не ради денег: он лично заточает реальных монстров на страницы своих бестселлеров, чтобы защитить мир. Когда Зак случайно выпускает всю коллекцию на
Удостоверение на имя Роберта Уайтмана - вот что покупает Гилберт Галван-младший, сбежав из тюрьмы в Канаду. Новая личность даёт ему свободу, но не меняет привычек: он снова грабит банки и ювелирные магазины. Ограблений становится 59, и полиция не может его взять. Гилберт не просто уходит от погони, он превращает погоню в игру, где каждый следующий налёт делает его неуязвимее для закона. Преступник теряет осторожность, но обретает репутацию. Криминальный мир запоминает его имя, а Гилберт
Агент ФБР и его брат, международный финансовый преступник, давно выбрали разные стороны закона. Теперь их разногласия - роскошь, которую они не могут себе позволить. Семья в плену у главаря преступной группировки, и на спасение отведено всего семьдесят два часа. Времени на выяснение отношений нет, но доверие между братом-копом и братом-мошенником давно разрушено. Каждый шаг в чужой игре может стоить жизни заложников, а преступник требует невозможного. Смогут ли они вспомнить, что значит быть
Сцена, которая всегда была её жизнью, начинает предавать её. Легендарная бродвейская актриса Лилиан Холл готовится к новой роли, но заученные накануне реплики вдруг ускользают из памяти. Врачи ставят диагноз: быстропрогрессирующая деменция. Для женщины, чья карьера строится на безупречной памяти и владении текстом, это не просто болезнь. Это угроза самой сути её профессии и идентичности. Лиллиан отказывается сдаваться и пытается совместить репетиции с борьбой против угасающего разума. Каждая
Пансион строгих правил и тихих молитв. Здесь, среди белых стен и ровных дорожек, живут Худа, Риан и Сайид. Каждый из них потерял кого-то из семьи, и эта утрата определила их устремления. Худа ищет опору в вере, Риан пытается вырваться за пределы ограды, Сайид замыкается в себе. Их дружба держится на общем горе, но каждый тянет в свою сторону. Однажды привычный распорядок даёт трещину: в тишине общежития начинают происходить вещи, которые невозможно объяснить молитвой или наказанием. Прошлое,
Тридцать лет назад, в канун Рождества, её нашли на ступенях церкви. Теперь Ева застряла между прошлым, которое ничего не объясняет, и будущим, которое не наступает. Она решается узнать, кто её оставил, и вместе с молодым человеком и профессиональным генеалогом начинает распутывать обстоятельства собственного появления на свет. Каждая новая находка не столько приближает к разгадке, сколько ставит под вопрос то, кем она себя считала. Ей нужно решить, готова ли она услышать правду, какой бы та ни
Гримёрное зеркало в театральном полумраке, заученный текст, который ещё вчера сидел в подкорке, и вдруг - провал. Слово, реплика, целый диалог уходят в пустоту. Лилиан Холл, легенда Бродвея, привыкла быть хозяйкой на сцене, но тело начинает диктовать свои условия. Диагноз врача звучит как приговор: быстропрогрессирующая деменция. Лилиан отказывается принимать неизбежное. Она продолжает репетировать, вцепляясь в роль, которая может стать последней. Для актрисы, чья жизнь - это текст и жест,