В Париже 1979 года у режиссёра гей-порно Анны остаётся только работа. После многолетних отношений от неё уходит монтажёр Лоис, и съёмочная группа превращается в единственную опору. Но когда маньяк с ножом в дилдо начинает одного за другим убивать её артистов, полиция вызывает Анну как свидетеля. Вместо страха она внезапно находит в происходящем вдохновение: переименовывает текущий фильм из «Анальной ярости» в «Гомоубийство» и переносит в него реальные сцены. Жестокие убийства становятся для неё
Парижская ночь принадлежит не ему, а тем, кто платит. Двадцатидвухлетний Лео выходит на улицы, чтобы заработать, и каждый новый мужчина в машине или номере стирает предыдущего, не меняя главного: он остаётся один, без будущего и без опоры. Лео не строит планов, он просто идёт вперёд, пока в нём теплится глухое ожидание любви. Душа его горит, но эту боль не заглушить ни деньгами, ни случайными объятиями. Город вокруг равнодушен, и единственное, что Лео может противопоставить пустоте, - это
Ведьма является в македонскую деревню за младенцем, но мать вымаливает отсрочку. Существо соглашается вернуться через шестнадцать лет. Всё это время девочка прячется в священной пещере, но обещание есть обещание: новая «мать» забирает её и обращает в себе подобную. Девушка выходит в мир, где каждый предмет и каждое лицо для неё в новинку. Она убивает селян и примеряет их обличья, чтобы понять, что значит быть человеком. Но каждая новая кожа даёт лишь обрывок чужой жизни, не заполняя пустоты
Париж начала девяностых. В конференц-залах спорят о тактике, а на улицах раздают презервативы и листовки. Группа активистов борется с безразличием общества к эпидемии СПИДа. К ним примыкает Натан, молодой человек, который ищет не просто информацию, а способ действовать. Его затягивает энергия и радикальная злость Шона, одного из лидеров, живущего этой борьбой на износ. Каждая акция требует полной отдачи, а внутренние споры о методах раскалывают сообщество. Времени на осторожность нет: болезнь
Парижский павильон, один съёмочный день. Актрисы движутся по декорациям причудливого фильма, где мода оказывается не блеском, а ловушкой. Героини встречаются с собственными демонами, которые проступают сквозь грим, свет и ткань костюмов. Гаспар Ноэ выстраивает гипнотическое путешествие: посвящение кинематографу и современной музыке оборачивается давкой иллюзий. Жертвы моды становятся зримыми, декорации сжимаются вокруг тех, кто в них заперт. День длится бесконечно, реальность крошится, и
В 1995 году он прячется в тени, боится собственного голоса и не знает, куда деть руки. Спустя восемнадцать лет тот же человек - импульсивный и привлекательный мужчина, который привык брать желаемое без спросу. Два временных отрезка переплетаются в единой судьбе, и каждый кадр из прошлого отзывается в настоящем. Джонас мечется между тем, кем был, и тем, кем стал, пытаясь удержать равновесие. В юности его сковывал страх, во взрослой жизни - собственная безоглядность. Череда встреч и расставаний
Серебряное платье на сцене клуба сияет под софитами, но за кулисами Монреаля Саймон разрывается между двумя любовями, которые не дают ему воздуха. Страсть к Оливье обжигает, но в этом огне слишком легко сгореть дотла. А дома ждёт мать, вернувшаяся после пятнадцати лет молчания, и их холодная встреча только напоминает о старой боли. Драг-квин, привыкший перевоплощаться на сцене, не знает, как быть собой в жизни. Одна любовь разрушает, другая требует прощения, которого пока нет. Каждая из этих
Сегодня похороны Рафаэля. Лола не знает, что делать с собственной печалью и с грустью семилетнего сына. Рядом оказывается сестра Марго: они много лет не общались, но она приехала. По пути на церемонию Лола заставляет Марго бежать, уводит их от реальности, где всё уже случилось. Драма Гийома Гуи смотрится как попытка удержать воздух в лёгких, когда земля уходит из-под ног. Героиня не ищет ответов, она ищет секунду передышки, чтобы не развалиться прямо сейчас. А мальчик просто держит маму за
Вечерняя тишина материнского центра, где шестнадцатилетняя Камилла оказалась по решению судьи. Она беременна и отлучена от матери - любящей, но той, чья забота душит. В этом замкнутом мире, где каждый день подчиняется распорядку, Камилла находит Элисон, такую же молодую и неуклюжую мать. Их дружба становится тихой опорой против Надин, воспитательницы, чья страсть к порядку давно перегорела в усталую требовательность. Центр должен защищать, но для Камиллы он превращается в клетку, где приходится
Гостиничный номер, в котором находят тело его жены, становится эпицентром бури. Известный политик Луи Дюрье теперь главный подозреваемый в убийстве. Дело мгновенно подхватывают медиа, превращая личную трагедию в публичное шоу. Общественность жаждет приговора, но факты размыты, а показания противоречивы. Сам Дюрье находится в серой зоне: он не может подтвердить собственную невиновность, потому что не помнит событий той ночи. Под грузом улик и пристальных взглядов он пытается удержать остатки