Он жил в оглушительной тишине опустевшего Пекина, последний человек в мире, который забыл, что такое смех. Его единственными спутниками были призраки прошлого — отголоски голоса сестры, шепот родителей в сумерках. Он просто существовал, собирая консервы и задаваясь одним вопросом: зачем? Всё изменил след — чужая банка с ананасами, а рядом иероглиф «надежда». Сердце, отвыкшее биться часто, заколотилось. И он нашёл её. Девушку по имени Сяо Лань с рюкзаком, набитым книгами. «Ты тоже боишься, что
Жизнь в деревне Шуйань текла привычным чередом, пока в один день всё не перевернулось. Ли Вэй, кузнец, нашёл в обломке меча странный амулет с трещиной-молнией. Мэйлин, дочь аптекаря, обнаружила среди свитков дедову карту ущелья Дафэн. А сирота Сяо Цзюнь выронил украденный чёрный камень, который зашипел в воде, будто живой. Ночью из треснувшего алтаря в храме предков хлынули тени с запахом гари. Ли Вэй, заслоняя Мэйлин, случайно коснулся амулета — и из трещины брызнули искры, опалившие тварь.