В деревне, затерянной среди рисовых полей, живёт Аку. Его прошлое — тяжёлая ноша, не то проклятие, не то дар. Местные шепчутся за его спиной. Старые распри между семьями висят в воздухе, густом от духов и намёков. Они являются в шелесте листьев, в облике незнакомца на тропинке. Всё меняется с приездом Майи. Она из города, где верят в логику, а не в призраков. Её появление — как удар молота по хрупкому миру Аку. Он разрывается между долгом перед своей землёй, этими древними ритуалами, и желанием
Лайла, музыкант и поэтесса из Дели, не позволяет церебральному параличу диктовать ей правила. Но после болезненного расставания её привычная упоротость даёт трещину. Она сбегает от воспоминаний в Нью-Йорк. Там, в хаосе уличных протестов, она сталкивается с Ханум. Девушка в очках с толстыми линзами, с бангладешскими корнями и острым языком. Сначала — шутки, подколы. А потом — ночные разговоры в Бруклине, сплетённые пальцы в тени парков. Между ними вспыхивает хрупкая, запредельная любовь. Но
Пема выходит замуж. Не по любви, а по обычаю. Её муж — фермер Таши, а с ним и двое его младших братьев. Так принято в этих суровых горах. Жизнь течёт размеренно, пока Таши не уезжает в Лхасу и не пропадает. Тишина становится невыносимой. А Пема узнаёт, что ждёт ребёнка. И вот она уже идёт по пыльной дороге со средним братом, своим вторым мужем. Их связывает долг, нежность приходит позже, где-то среди бескрайних перевалов и холодных ветров. Это путешествие — проверка на прочность. Не только