София преподаёт теорию любви, а Сильвен чинит крыши и верит в теории заговоров. Она цитирует Платона за бокалом изысканного вина, он чувствует себя своим в пивном баре. Их объединяет только одно: они могли бы возненавидеть друг друга за полное несовпадение взглядов. Но между ними вспыхивает влечение, слишком сильное, чтобы его объяснить академическими лекциями. София, привыкшая анализировать чувства, вдруг сталкивается с тем, что не поддаётся анализу. Сильвену, который никогда не рассуждал о
Директор Национального института психического здоровья Анри Лакомб посвятил жизнь облегчению страданий пациентов. Дома его ждут жена-психолог и двое детей: семнадцатилетний сын и упрямая девятнадцатилетняя дочь. Привычный ритм профессионала и отца разбивается, когда рутина повседневности начинает трещать под грузом невысказанных обид и подростковых бунтов. Человек, привыкший лечить чужие разумы, оказывается бессилен перед хаосом, который зреет в стенах собственного дома. Ему придётся решать,
Филипп теряет Эвелин в тот самый день, когда получает шанс её вернуть. Уникальная возможность переписывать прошлое становится его единственной опорой: он может возвращаться снова и снова, пытаясь подобрать верный шаг, чтобы удержать любимую. Каждая попытка даёт новую развилку, но цена ошибки - не просто очередное расставание, а постепенное стирание того, кем он был до потери. Герой застревает между желанием исправить роковую минуту и страхом, что каждое изменение уводит его от настоящей Эвелин
Она привыкла всё контролировать. Беатрис, врач скорой под сорок, блестяще держит приёмное отделение: быстрые решения, чёткие команды, никакой суеты. Но собственное тело перестало слушаться, а анализы молчат. Устав от бессилия, она соглашается на психолога - шаг, который сама же считает слабостью. Сеансы с доктором Пи становятся не просто разговором. Через пациентов, каждый из которых зеркалит её скрытые тревоги, Беатрис видит, как далеко разошлись её власть над работой и хаос в личной жизни.