Он так вымотан предпраздничной суетой, что волшебство перестало для него существовать. Эльф сбегает из своего мира в реальный, чтобы найти то самое чувство, которое давно потерял. Встреча с маленьким мальчиком становится для обоих неожиданным шансом: ребёнок ещё верит в чудо, но ему не хватает подтверждения, а беглецу нужен кто-то, кто напомнит, ради чего всё это. Вместе они пытаются вернуть дух Рождества, но мешает цинизм взрослых и собственная усталость эльфа, которая не отпускает его даже
Лондонский повеса Джеймс Крокер привык жить нараспашку: скандалы в барах и женщины легкого поведения делают его имя притчей во языцех. Слухи долетают до Нью-Йорка, и ради расположения сводной кузины Анны герой вынужден спрятать под маской благочестия и настоящее имя, и дурные привычки. Каждый новый день - искушение сорваться, каждый шаг грозит разоблачением. Он рискует потерять не только репутацию, но и единственный шанс на сближение с той, кто для него под запретом. Удастся ли удержать чужую
Джонни вышел из тюрьмы с одной мыслью: снова взять своё. Уголовное прошлое и злость на весь мир не оставляют места для сомнений. Суд направляет его на общественные работы в хоспис, и это решение он встречает как очередное унижение. Но именно здесь, среди людей, у которых почти не осталось времени, он встречает священника. Священник не читает нотаций и не требует раскаяния. Он просто разговаривает с Джонни на равных, и эта спокойная встреча постепенно меняет нечто важное внутри героя. Джонни
В польском городке восьмидесятых в дом по соседству въезжает девочка в необычной юбке. Давид замечает её из окна и вскоре узнаёт, что это гавайская парео, а новую знакомую зовут Моника. Между детьми завязывается дружба, тёплая и любопытная, как само лето. Моника носит с собой тайну: куда и зачем уехала её бабушка, и почему она оставила внучке шкатулку с шоколадом. Давид чувствует, что за обыденными вещами - переездом, школьными каникулами, сладостями - скрывается что-то большее. Он пытается