В доме, где поселилась усталость и тихое отдаление, появляется он — щенок по имени Кола. Маленький, неуклюжий, он с первого взгляда чувствует, кому из семьи сейчас тяжелее всего. Его влажный нос тычется в ладонь, когда в комнате слишком тихо, а нелепые проделки заставляют забыть о раздражении. Он не делает ничего особенного. Просто присутствует. Спит, свернувшись калачиком рядом, приносит мячик в самый неподходящий момент, смотрит преданными глазами, в которых нет ни капли упрёка. Через эти
В Синьюаньской цивилизации, под маской идеального порядка, зреет невидимая угроза. Всё начинается с убийства курьера, которое выводит детектива Ло Вэй Чжао на тревожный след — людей с «эмпатией нулевой степени», неспособных чувствовать. Их арест лишь раскалывает общество, обнажая глубинный страх. Но Ло Вэй Чжао понимает, что эти преступления — лишь разрозненные нити. За ними стоит кто-то, невидимый кукловод, наблюдатель. Пропавшие люди, загадочные смерти элиты — всё сплетается в единую паутину,
В засушливой деревне Юньшань живут двое: тигр-оборотень Ли Вэй и журавлиха Сяо Лин. Они ищут Жемчужный родник, последний источник воды, чтобы их не изгнали. Их путь — это трещины в земле и запах гнилых водорослей. Однажды Ли Вэй находит в колодце пещеру с древним пророчеством, а Сяо Лин — обломок нефритового жернова. Их поиски сталкиваются с реальностью: браконьер Чжан Ци, крадущий ритуальные чаши, старики, что откладывают починку дамбы на «после урожая». Они собирают осколки жернова, связывая
Пять утра. Ли Вэй ковыряет грязь под ногтями после марш-броска через рисовые чеки. Чжан Юй бинтует разбитые в кровь ноги, ворча о дожде и сапогах, которые вот-вот развалятся. Казарма пропахла дешевым табаком и вчерашними засохшими булками. А потом — задание. Порт, замаскированный под рыбный рынок. В воздухе вязкий запах тухлой камбалы и лжи. Ли Вэй замечает мелочь: продавец кальмаров слишком усердно стирает грязный номер с грузовика. Этого хватает. Сяо Мей, с карпом на запястье, уже скользит в
В старом квартале Лояна всё началось с мёртвого курьера и ключа, на котором был выцарапан иероглиф «ветер». Гао Бинчжан почувствовал, как привычный мир даёт трещину. Его жена Цинь Ли, разбирая бумаги при свете лампы, заметила пропуск в списках поставок — две деревни к северу от моста, будто их и не было. Пыль на столе, сажа на пальцах. Ключ оказался старым, дворцовым. А потом на рынке генерал Юй Шэн сунул Гао в ладонь смятый листок с киноварным знаком смерти, пригрозив его сыном. Цинь Ли,
В самом сердце древнего царства, среди туманных гор, жил молодой кузнец. Его жизнь была простой, пока он не узнал, что в его жилах течёт кровь забытой династии. Молот и наковальня сменились видениями духов предков, которые являлись ему, словно навязчивые тени. Теперь его окружают дворцовые интриги. Шепчущиеся министры в шелках, военачальники с обнажёнными мечами. Он мечется между долгом и собственным страхом. То злится, то хочет всё бросить и бежать обратно в кузницу. Рядом с ним — старый
Фуяо, девушка с полумесяцем на запястье, торгует травами на рынке, пока случайная находка принца Чжаньбэя не приводит её во дворец. Он замечает, что она умеет читать, хотя та это яростно отрицает. Её поселяют в западном крыле, где шепчутся о призраке бывшей императрицы. Заговор начинает раскрываться с увядшего пиона в её чашке чая — знака ядовитого клана Линь. Фуяо пробирается в архив, где сталкивается с министром Цзином. Он будто невзначай роняет ключ, и его слова о пропаже ревеня и полыни