Похороны позади, и Эрик остаётся один на один с тишиной. Он выбирает удалённый остров: никаких соседей, никаких напоминаний о случившемся. Идеальное убежище для того, чтобы зализать раны и не думать о том, как именно умерла жена. Но остров населён не только чайками и ветром. Мстительные духи не дают забыться: они возвращают к тайнам, которые Эрик предпочёл бы не ворошить. Каждый шорох в пустом доме, каждое движение за окном - прошлое настойчиво стучится в дверь. Уединение оборачивается
Наушники, микрофон, карта города на двух мониторах. Гейб работает диспетчером скорой помощи в Глазго: его голос - единственная нить между паникой и спасением, он привык отдавать команды, а не принимать решения. Очередной вызов начинается обычно: женский голос, сбивчивое дыхание, отчаяние. Но она знает его имя. Гейб понимает, кто звонит, и это знание ломает протокол. Он делает выбор, который превращает спасателя в соучастника. Теперь его рабочий пульт - не место контроля, а ловушка, а каждый