Вена, 1847 год. Врач Игнац Земмельвейс каждый день теряет пациенток: загадочная детородная лихорадка уносит жизни рожениц одну за другой. Он вскрывает тела, ведёт записи и замечает закономерность, которую коллеги отказываются видеть. Для него это не теория, а счёт на живых женщин. Земмельвейс вводит в клинике антисептические меры, нарушая все принятые правила. Коллеги считают его безумным и жестоким. Чем больше жизней он спасает, тем яростнее становится сопротивление системы: консервативная
Золтан привык жить как Дон Жуан: он успешный строитель, а его жена на восемь лет моложе. Их брак трещит по швам из-за его интрижек, и развод кажется неизбежным. У жены уже есть молодой любовник, лейтенант, и она настроена решительно. Пара отправляется в последнюю совместную поездку в родной город Золтана. Никто из местных не знает, что их отпуск - это прощание. Но вместо спокойного расставания выходные превращаются в череду неожиданных событий, и наружу начинают выползать старые тайны. Золтан
Будапешт, начало 1950-х. Певица Вали теряет не просто возлюбленного, а саму возможность быть с ним: восходящую звезду футбола Винца социалистический режим ставит перед жёстким выбором. Он должен либо немедленно покинуть страну, либо расстаться с ней. Вали и Винц решают бежать вместе в Италию. Попытка проваливается. Доносчик сдаёт их властям, и вместо свободы влюблённые попадают в тюрьму. Их преступление - не просто антисистемный поступок, а отчаянная попытка удержать друг друга. Тюремные стены
Мать любит дочь, дочь любит мать. Но между ними стоит стена из невысказанных обид и искреннего непонимания. Каждое слово и жест трактуются превратно, превращая повседневность в поле тихой битвы. Чувство вины и желание быть услышанной раздирают обеих. Дочь задыхается от опеки, мать цепенеет от страха потерять связь с ребёнком. Их любовь становится тюрьмой, из которой нет ключа. Эта экранизация романа Магды Сабо - не громкий скандал, а глухая боль, когда самые близкие люди говорят на разных