Молодая композитор Клэр, чья жизнь была наполнена музыкой, узнаёт, что умирает. Её муж Мэтт, не в силах смириться, хватается за любую соломинку. Отчаяние приводит его к древнему артефакту — странному мешку, который, по слухам, может даровать исцеление. Правила просты и пугающи: три дня не смотреть на мешок, не говорить с ним, не прикасаться к нему. Нужно лишь напоить его кровью Клэр. Мэтт приносит его в дом, и с этого момента привычная реальность начинает трещать по швам. Тишина в доме
Марк возвращается в родную деревню после смерти отца. Дом застыл во времени: сырость, засохшая каша в кастрюле. Сестра Лида сразу в делах, находит расписку — отец за полгода до смерти переписал землю на дядю Витю. Марк в ярости швыряет бумаги в печь, но сам достает из-под пола свёрток с деньгами. Тайна, о которой он знал. Лида замечает на его ботинках ту самую грязь, что была у того, кто разбил окно в сельсовете. А потом Марк спорил с лесником Семёном у старого моста. Через три дня Семёна
Тимоти Маквей вернулся с войны, но война в нём не кончилась. После Уэйко что-то окончательно надломилось. Сначала это были лишь смутные образы, шепот в сознании. Потом шепот превратился в навязчивый гул, а образы — в чёткий, пугающий своей чудовищностью план. Он, вероятно, и сам понимал безумие замысла. Но злость и боль перевесили. Точка невозврата была пройдена тихо, без внешнего шума. Внутренние терзания, эта клубящаяся тьма, начали обретать форму. Из личной трагедии одного человека вырос акт