Трагедия разрушила брак Эмы и хореографа Гастона, оставив после себя лишь пустоту и тишину. Она искала спасения и нашла его в грубых, чувственных ритмах реггетона. Уличная музыка, чуждая её прежнему утончённому миру, стала единственным языком, способным выразить её боль и ярость. Через танец, через каждое движение тела, Эма начала заново открывать себя. Это был побег от условностей, глубокая исповедь, высказанная бёдрами и плечами. В этом хаотичном танце она нашла свободу и силу, которых
Камила и её напарник Эстебан работают в порту Вальпараисо, когда замечают странные грузовики, перевозящие медную стружку. В городе пропадают бездомные собаки, и они подозревают, что это как-то связано. Её брат Луис, одержимый местью за их убитую овчарку, решает действовать самостоятельно, рискуя столкнуться с бандой «Los Cuervos». Ночью Камила и Эстебан находят заброшенный гараж. Внутри — клетки с собаками, на ошейниках у которых медные таблички. Они понимают страшную правду: животных
После смерти отца Висенте и Антония, сводные брат и сестра, встречаются в старом доме в Нуньоа, чтобы разобрать его вещи. Их разделяет всё: он — прагматичный мечтатель, грезивший о своём деле, она — ветеринар с обострённым чувством долга. Между ними стена молчания и холодных ужинов. Он находит лишь тетрадь с долгами, она — трещину в стене их прошлого. Но настоящая буря приходит с пыльной коробкой из сарая — письмами от другой женщины. Призраки отца, неверного мужа, встают между ними. А потом
Одним зимним утром с Адой случилось непоправимое. Удар молнии. Шесть недель в коме — и вот она возвращается, но уже другой человек. Её тело покрывают раны, а кожу — причудливый ветвистый шрам, похожий на реку или молнию. Но это лишь видимая часть. Внутри всё хуже. Её преследуют образы, которых нет, звуки, которые слышит только она. По телу пробегают разряды, будто ток всё ещё живёт в ней. Сознание путается, отрывая её от реальности. Она пытается вернуться к семье, к прежней жизни, но чувствует