Они теряют всё: товарищей, технику, надежду на приказ. Горстка немецких солдат пробивается к своим через зимний Восточный фронт. Каждый шаг может оглушить тишиной или взрывом, каждый силуэт на горизонте - свой или враг. Вокруг только холод, грязь и чужая земля, которая не отпускает. Приказа отступать нет, связи с командованием тоже. Им остаётся только идти вперёд, пока хватает патронов и сил. Где-то там свои. Если они вообще есть.
Гитары, битое стекло и утрата: нулевые в британской инди-сцене были ураганом. Героиня пытается удержать равновесие внутри этого шторма, где любовь и боль сплавлены в один сплав. Она теряет важного человека - и вместе с ним рассыпается привычный мир, собранный из репетиций, дешёвых баров и обещаний, данных на бегу. Драма Лоры Джин Марш не восстанавливает хронологию распада, а вглядывается в то, как героиня собирает себя заново среди громкой тишины опустевших площадок. Ей приходится разбираться,
Карлос, художник в Лондоне, живёт с постоянной тревогой. Его восприятие реальности - болезненная, замкнутая система, где каждый мазок даётся через силу. Встреча с Вероникой разрушает этот порядок. Она не просто новая знакомая: в ней чувствуется что-то нездешнее, чуждое привычному миру. Её присутствие заставляет Карлоса видеть иначе, ставит под вопрос всё, что он считал правдой о себе и своей работе. Границы между творчеством и одержимостью стираются. Чем глубже он впускает её в свою жизнь, тем