Ника Пирс потеряла четыре года жизни в лечебнице, где её убедили: она сама убила семью, а не кукла Чаки. Врач предлагает новую терапию - сеансы с безобидной куклой с добрым лицом. В ту же ночь в клинике начинают гибнуть люди. Ника чувствует, что кошмары возвращаются наяву. Повзрослевший Энди Барклай спешит к ней, но на пути стоит Тиффани, невеста Чаки, готовая на всё ради своего возлюбленного. Стены лечебницы перестают быть защитой. Где заканчивается лечение и начинается охота? Ника смотрит на
Чаки и Тиффани, кукольные супруги-убийцы, обзавелись сыном Гленом. Теперь им нужно приучить его к семейному ремеслу: к крови и насилию. Глен не разделяет родительских увлечений, и мать с отцом пытаются переубедить наследника. В ход идут уговоры и кукольные ссоры. Тиффани настаивает на воспитании в духе традиций, Чаки требует послушания любым способом. Глен оказывается между двумя маниакальными родителями, каждый из которых тянет его в свою сторону. Весь этот абсурд разворачивается в декорациях
Ника только что потеряла мать и пытается удержать остатки опоры в жизни, когда в её дом врывается властная старшая сестра с семьёй. Среди хлопот по дому и разбора вещей племянница находит посылку с рыжеволосой куклой. Вскоре в доме начинают гибнуть люди, и Ника замечает, что каждое убийство так или иначе связано с игрушкой. Чаки не просто случайно оказался здесь: он вернулся, чтобы завершить дело двадцатилетней давности. Для Ники встреча с куклой оборачивается не борьбой за жизнь, а попыткой не
Кукла-убийца Чаки перестала быть просто персонажем хоррора. Для одного кинопродюсера она стала частью личной истории, растянувшейся на годы. Он решает отправиться на поиски других людей, чья жизнь оказалась переплетена с этой франшизой: актёров, режиссёров, фанатов, для которых Чаки значит нечто большее, чем кинематографический образ. Каждая встреча открывает новый взгляд на феномен куклы, которая вышла за пределы экрана. Продюсер делится собственным опытом работы над фильмами и слушает чужие