Шестеро незнакомцев приходят в себя в полной темноте. Их тела стянуты тугими нитями, каждое движение только усиливает хватку. Вокруг - холодный металл чужого корабля, и память обнулена: ни имени, ни того, как они здесь оказались. Паника здесь - смертельный враг, она сбивает дыхание и заставляет рваться из пут, что лишь быстрее душит. Единственный способ выжить - научиться слышать друг друга в этой беспомощности. Каждый сам по себе обречён, но вместе они ещё могут найти дорогу обратно. Вопрос
Молодой берлинский режиссёр Юлиан так хочет снять кино, что соглашается работать на яблочной плантации. Чтобы впечатлить американскую студентку Камиллу, он выдаёт сбор урожая за творческую командировку. Но Камилла напрашивается в напарницы, и теперь Юлиану приходится поддерживать ложь, хотя плантация оказывается совсем не тем коммунистическим раем, о котором он мечтал. Выход из неловкости подсказывает переродившийся Франциск Ассизский, и герой обретает новую цель. Только вот зритель узнаёт эту
После смерти отца старшеклассница Джейми переезжает к родственникам, чья жизнь подчинена строгим правилам общины Свидетелей Иеговы. В церкви она встречает Марику, дочь одного из прихожан, и между девушками возникает взаимное притяжение. Скрывать чувства становится всё труднее, но церковь требует абсолютной преданности и осуждает любые проявления близости вне брака. Джейми оказывается между памятью о потерянном доме и новым миром, где каждое её действие оценивается общиной. Марика рискует
Жаркий день, просторный дом, где собралась большая семья. Все пытаются сделать общий снимок, но что-то постоянно идёт не так: кто-то отворачивается, дети отвлекаются, взрослые спорят. Бесконечные попытки поймать идеальный кадр превращаются в тягучую, почти сонную церемонию. А потом исчезает бабушка. Одна из дочерей, охваченная внезапной тревогой, бросается её искать. Дом, казавшийся надёжным, становится лабиринтом, где каждый угол хранит недосказанность. Это не погоня за сюжетом, а наблюдение
Утрата обрушивается на молодую женщину, и единственным способом удержать связь с ушедшим возлюбленным становится живопись. Она перебирает картины абстракционистов - Хильмы аф Клинт и Василия Кандинского, пытаясь найти в их линиях и цветовых пятнах мост между прошлым, которого больше нет, и пугающим завтра. Форма без сюжета, чистое движение кисти и композиция холста становятся её языком скорби. Героиня не столько создаёт новое, сколько всматривается в чужое, надеясь разглядеть там отражение
Двадцать семь лет, а земля уже не держит. На девичнике лучшей подруги Энн прыгнула с парашютом и на минуту почувствовала себя свободной - без веса, без обязательств, над всем сразу. Но приземление было жёстким. Вернувшись в будни, она обнаруживает, что прежняя жизнь давит сильнее прежнего: работа, отношения, чужие ожидания - всё это теперь кажется ловушкой, из которой хочется снова выпрыгнуть. Энн мечется между тем мгновением чистого полёта и серостью, которая затягивает её обратно. Она
Девушка получает доступ к библиотечному архиву Гарварда. В коробке с кодом «MS Slavic 7» - переписка её прабабушки, польской поэтессы Зофьи Богданович, с номинантом Нобелевской премии Юзефом Виттлином. Оба бежали от нацистов в Северную Америку: она осела в Торонто, он - в Нью-Йорке. Их любовь осталась только на бумаге, и теперь правнучка решает, что делать с этим наследием. Она хочет опубликовать письма, но каждое вскрытое послание открывает не только чужую нежность, но и боль от разлуки,
Торонто, 2017 год. Изольда - стажёр в службе социальной поддержки, она только осваивает протоколы и учится справляться с вызовами новой работы. Её назначают курировать Эрика, мужчину, которого обвиняют в краже и который ждёт суда. Для неё это не просто отчётность: от того, как она выстроит контакт, зависит, сможет ли подопечный удержаться на плаву до заседания. Изольда ещё не знает, где проходит грань между помощью и контролем, а Эрик не спешит доверять чужаку. Их диалоги - осторожное
Барбара когда-то была вундеркиндом, но теперь её дар остался в прошлом. Она переезжает в сельскую глушь вместе с мужем Ричардом, автором бульварных романов. Здесь, среди лесов и холодных озёр, их брак даёт трещину: в доме появляется Марта, набожная служанка с лицом, изуродованным ожогами. Между тремя людьми завязывается странный союз. Городские интеллектуалы, бегущие от цивилизации, и маленькая религиозная женщина оказываются в любовном треугольнике. Барбара наблюдает, как её привычный мир
Кожаная сумка, забытая в кампусе, становится поводом для встречи. Мара, преподавательница литературы, узнаёт в рассеянном прохожем старого друга Мэтта. Он приехал из Нью-Йорка ухаживать за больным отцом, она задыхается в браке с музыкантом-экспериментатором. Общие шутки и разговоры о книгах возвращают лёгкость, которой не хватало обоим. Муж отменяет совместную поездку на конференцию в последнюю минуту. Мэтт предлагает подвезти её сам. Дорога тянется, разговоры становятся реже, а тишина -