Писатель-драматург попадает в клинику для лечения от алкоголизма. Это место, где пытаются заново научить радоваться мелочам, где стресс гасят не рюмкой, а позитивным мышлением. Здесь собрались творческие, невероятно колоритные мужчины, у каждого — своя папка жизненного опыта и запас историй, от которых то смешно, то горько. Компания подобралась что надо. Но чем дольше он здесь, тем сильнее нарастает чувство ловушки. Выбраться отсюда оказывается куда труднее, чем попасть сюда. Грустные, уставшие
Камила нашла в старой книге на Вацлавской площади странные цифры на полях, похожие на штрих-коды. В пражском кафе к ней подошел незнакомец, Ринат. Он неделю следил за ней, а теперь показывал на её книгу дрожащей рукой. Говорил, что такие же знаки видел в вентиляции заброшенной фабрики под Братиславой. Его пепел упал на страницу, на дату — седьмое июля восемьдесят шестого. В Бруклине Джейсон, копаясь в взломанном чате, наткнулся на фото обгоревшего письма. Та же дата. Он позвонил польской
Трое подростков — Лукаш, Тереза и Ондржей — находят под заброшенной фабрикой потайной люк. Спуск в сырой туннель пахнет старым страхом и масляной краской. На стене чьё-то давнее предупреждение: «Кто войдёт, не вернётся». А рядом — свежая царапина, будто кто-то бежал здесь совсем недавно. В кафе бармен Йозеф говорит им не соваться, но позже Тереза читает в найденном дневнике: «Они замуровали выход». Лукаш предполагает, что там внизу бомбоубежище. Ондржей замечает, что следы в пыли ведут дальше,