Странник, застрявший между небом и землёй, смотрит на город с высоты птичьего полёта. Он не весомее вздоха, и его присутствие почти неощутимо для тех, кто внизу. Ему дана редкая привилегия: заглядывать в чужие сны и подглядывать за жизнью за закрытыми окнами. Городская жизнь течёт своей чередой: кто-то ссорится, кто-то влюбляется, кто-то просто стоит в очереди за хлебом. Рассказчица, похожая на Шахерезаду, сплетает эти разрозненные мгновения в единое полотно, где банальность и красота
Он давно уже не человек, а функция - винтик в офисной машине. Увольнение бьёт наотмашь, и рассудок даёт трещину прямо посреди Стокгольма. В тот же вечер фокусник на глазах у публики распиливает живого человека, эмигранта забивают насмерть на улице, а растерянный владелец мебельного магазина сжигает своё дело дотла и теперь бредёт за призраком удавленника. Казалось бы, между этими людьми нет ничего общего. Но пробки в городе становятся бесконечными, а по мостовым чинно вышагивают чиновники,
Двое неприметных мужчин, Сэм и Джонатан, таскают с собой чемоданчик с забавными безделушками. Они коммивояжеры, и их товар - наборы для смеха, маски вампира и прочая мелочь, которая никому не нужна. С этой поклажей они бредут по городу, заходя в пустые бары и захолустные кафе, где время будто остановилось. Вокруг них разворачивается череда сцен, где люди застывают в странных позах: кто-то тянется за бутербродом, кто-то бредет по мостовой, а кто-то умирает от разрыва сердца прямо за обеденным
Жизнь идёт своим чередом, но каждый из этих людей несёт свою тихую беду. Подвыпившая женщина рыдает в пустоту: её никто не любит. Молодая фанатка влюблена в гитариста, для которого она лишь одна из многих. Психиатр давно перестал лечить - он просто выписывает рецепты. Водителю бетономешалки снится электрический стул за испорченную чужую собственность. Рой Андерссон снимает Швецию как модель конца света: здесь величие и нищета человека, его уверенность и страх живут рядом. Музыканты репетируют в