Он выбрал акушерство, потому что хочет помогать, а не потому что ждёт лёгкой работы. Каждую смену Адам, ординатор родильного отделения, встречает с одним и тем же: в государственной больнице вечно не хватает рук, аппараты старше его, а пациенток всё больше. Он разрывается между койками, принимает роды одну за другой и видит, как система трещит по швам. Коллеги выгорают, начальство требует отчётов, а времени на передышку нет. Адам теряет не просто сон - он теряет ощущение, что его усилия хоть
Она мечтала о собственном доме, но получила в наследство полуразрушенный особняк, кишащий призраками. Элисон и её муж Майк рассчитывали на тихую семейную жизнь, а вместо неё - компания эксцентричных мертвецов из разных столетий. Каждый дух тянет одеяло на себя: рыцарь требует почтения, политик читает нотации, а пещерный человек просто пугает гостей. Супруги пытаются наладить быт, но гости-призраки превращают каждую попытку в фарс. Дом преследуют не столько потусторонние силы, сколько вечные
Кэт вложила в курсы импровизации всё, что у неё было. Её коллега Марлон, приверженец Станиславского с рекламой пиццы в портфолио, понимает её отчаяние. Когда к ним записывается офисный тихоня Хью, троица соглашается на предложение полиции: купить поддельные сигареты и вернуться к обычной жизни. Импровизация затягивает их в преступный мир Лондона. Вместо одной мелкой сделки вся троица оказывается втянутой в дела местного криминального авторитета. Каждый шаг грозит провалом, ведь актёры слишком
Отец доверил семейное агентство, а вместе с ним и шанс доказать, что Стас чего-то стоит. У него есть ключи от всех квартир, визитка с громким названием «Майкл и Игл» и полное отсутствие чутья на сделки. Он худший риелтор северного Лондона: забывает показы, путает адреса, врезается в стены и искренне считает, что плесень - это винтажный шарм. Клиенты бегут, отец теряет терпение, а Стас продолжает сдавать квартиры, в которых страшно находиться. Никакой злой воли, только тотальная некомпетентность