Сладкая жизнь (1960)

Марчелло скользит по римским ночам, как по замкнутому кругу: репортажи для светской хроники, коктейли, женщины, рассвет в чужой постели. Он берёт интервью у знаменитостей, но ни одна встреча, даже с ослепительной кинодивой Сильвией, не пробивает броню его безразличия. Всё, что он видит - праздная роскошь и пустота за фасадом веселья. Феллини превращает эту череду эпизодов в портрет эпохи, где смех звучит истерично, а вера и раскаяние кажутся чуждыми. Марчелло теряет способность чувствовать, оставаясь везде своим и нигде не находя покоя. Последняя сцена обрывается на безмолвном жесте, который он не может понять.