55 дней в Пекине (1963)

В старом квартале Пекина воздух густел от пыли и тревоги. Британский врач Томас Гарретт и его помощница Мэй Линь пытались спасать людей в миссионерской больнице, пока вокруг сдвигались баррикады. В чайной «Золотой лотос» кипели страсти: французский журналист Люсьен Броард спорил с русским торговцем оружием, Иваном Петровым, чьи винтовки пахли ржавчиной и жадностью.

На третий день осады Мэй Линь, рискуя всем, вывела детей через зловонный тоннель. Томас, разрываясь между долгом и страхом, ждал ее, зная, что пойдет искать с фонарем, если она не вернется. А вокруг уже полыхала чужая война: японский наемник Хирото прятал взрывчатку в мешках с рисом, и даже камера Люсьена не могла остановить эту машину.

Томас нашел Мэй Линь на рассвете в развалинах аптеки. Она спала, сжимая в руке пузырек с опиумом — призрак старого долга и боли. И среди всех этих баррикад, выстрелов и чужих амбиций именно этот хрупкий пузырек казался самым горьким свидетельством их общей беды.