Подпольный обком действует (1 сезон)

В подвале мелькомбината, за мешками с мукой, Глеб Петрович Шелестов собирал своих людей. Воздух густой от муки и тишины. На столе — разобранный радиоприёмник, обрывки шифровок. «Завтра на элеваторе: немцы везут бензин. Нужно три человека с керосином и спичками», — говорил он, не поднимая глаз. Это был не приказ, а констатация факта. Жизнь свелась к таким фактам.

Марфа Сидорова, бывшая учительница, штопала фуфайку у коптилки и кивала. Её племянник Витька уже таскал песок для бутылок. В углу двенадцатилетняя Лидка, щурясь от копоти, сжимала сводки Совинформбюро до узких столбцов — бумаги не хватало.

23 октября на перегоне у Сосновки под откос пошёл состав. Саша «Кузнец», прежде чем заложить тол, нарочно затеял драку с охранником-полицаем. Тот потом два часа искал в кустах потерянный зуб. Война была и такой — мелкой, жестокой, с привкусом крови и железа.

Через сутки в гестапо вызвали шефа пекарни Кравцова. В каравае хлеба нашли записку: «Предатель». Он бледнел, вытирал пот со лба. А вечером группа Шелестова резала провода, пряча концы в обмотках старых граммофонных пластинок. Тишина, наступавшая после этого, была громче любого взрыва.