Моонзунд (1988)

Осень 1917 года. Балтийский флот доживает последние дни. В порту Ревеля пахнет селедкой и соляркой. Алексей, механик с крейсера «Слава», вечно в мазуте, чинит катера и мечтает о другой жизни — о тракторах в Киеве, о мире. Эрика, радистка из Таллина, с папиросой в зубах и болью за погибшего брата, шипит в эфир, передавая координаты минных полей.

Немцы наступают. «Слава» идет на прорыв. Тревога, крики, вшивые шинели у орудий. Алексей ползет в затопленный трюм, чтобы залатать пробоину, сжимая в кармане ее фотографию, найденную на разбомбленной улице Пикк. На берегу Эрика, с перебинтованной рукой, слушает эфир, пытаясь понять, жив ли он.

Среди обломков торпедного катера она находит его карманные часы. Стрелки застыли на 14:08. Война не закончилась, но их история — да. Остались только хлеб с маргарином в пустой столовой и тишина, что наступает после взрыва.