Моя красотка, моя красавица (2021)

В бруклинском баре «The Rusty Anchor» жизнь Люка состояла из вытертой стойки и смены сиропов. Пока однажды не появилась Элиза — с рыжими волосами до пояса и коробкой акварелей. Она ворвалась с просьбой починить кран, а он молча протянул ей кофе с корицей. Пока он возился с инструментами, она заметила, что его пальцы двигаются, как у пианиста, только вместо нот — гайки.

Она рисовала на салфетках, он подкладывал под ее мольберт коврик, чтобы не скользили ноги. Их мир был полон тихих жестов. Но ноябрьский ливень принес ссору. Он нашел в ее холодильнике абсент вместо молока. Она кричала, что это для света в картинах. Он ушел, хлопнув дверью.

Через три дня он нашел ее спящей в подсобке, среди ящиков с лимонами. Люк расстелил на цементном полу свою куртку. Она проснулась и прошептала, что перешла на акрил. Втолкнула ему в ладонь тюбик краски. «Он сохнет быстрее, чем ты обижаешься». И он понял, что все это время чинил не трубы, а ее хрупкий мир.