Агнес остаётся без детей: муж избегает близости, а тяжёлая работа и придирчивая свекровь не оставляют ей ни минуты покоя. Девушка набожна и эмоциональна, но в чужой лесной деревне она всё больше замыкается в себе. Единственное утешение - прогулки по лесу, где её настигают мрачные мысли. Изоляция от сельской жизни и внутренняя пустота толкают её на отчаянный шаг. Финал истории подсказывает, что у второй стороны конфликта есть свой план.
71 фрагмент, 71 короткий взгляд на чужую жизнь, и ни один не кажется главным. Герой, которого ты не успеваешь запомнить, выходит из подъезда, садится в машину, смотрит в окно. Другой, на секунду позже, переходит дорогу, задерживается у витрины, роняет монету. Михаэль Ханеке собирает эти осколки быта в Сочельник 1993 года, день, когда девятнадцатилетний студент откроет стрельбу в банке. Каждый прохожий, каждая случайная встреча на австрийской улице может оказаться последней. Ты смотришь на них
Когда-то он собирал залы, теперь Ричи Браво поёт для постояльцев пустого отеля на итальянском курорте. Сладкоголосый певец давно вышел в тираж и держится на плаву за счёт старых поклонниц: он очаровывает их песнями из прошлого, манерами мачо и, если повезёт, ночными визитами, но совсем не бескорыстно. В мертвый сезон его жизнь и так держится на тонкой нитке, а тут ещё отец, фашиствующий старик, доживает век в доме престарелых и то и дело вторгается в дела сына. И в самый разгар этой рутины
Болезнь приходит внезапно и без объяснения. Мать, которую деревенские и так обходили стороной, слабеет на глазах. Дочь остаётся одна в лесном доме с тем, чего не понимает и не может остановить. Женщины давно привыкли к косым взглядам и шёпоту за спиной. Их считали ведьмами - за то, что жили отдельно, за травы и тишину. Теперь страх соседей получает пищу: странная хворь похожа на проклятие. Девочка пытается ухаживать за матерью, но домашние средства не помогают, а обратиться за помощью не к
Плавится асфальт в пригороде Вены, зажатом между автострадами и гипермаркетами. Люди снимают с себя всё до трусов и бикини, но от удушающей жары не спрятаться. Дни текут лениво, а ночи превращаются в алкоголь, секс и внезапные вспышки ярости. С каждым градусом терпение тает, и соседи, ещё утром дремавшие в шезлонгах, срываются в насилие. Расплавленные мозги перестают подчиняться хозяевам, и обезумевшие дикари заполняют улицы. Укрытия нет, бежать некуда, остаётся только наблюдать, как