Девочка приходит в себя на месте аварии. Родители мертвы, она сама чудом выжила. Десятилетняя Марли не просто теряет семью: после катастрофы мир вокруг неё меняется. Она начинает видеть и слышать тех, кого нет. Мёртвые приходят к ней, просят о помощи, ищут того, кто способен их понять. Дар пугает, мучает, кажется проклятием. Марли хочет избавиться от него, но мёртвые возвращаются снова. Они знают, что она их слышит. И у неё нет выбора: либо отвернуться, либо разобраться, чего они на самом деле
Мартин Дайсарт, психиатр, берётся за подростка, который ослепил шесть лошадей металлическим шипом. Алан Стрэнг, семнадцать лет, сын религиозной матери и робкого отца, не объясняет свой поступок. Дайсарту предстоит понять, что движет этим тихим мальчиком. Внутри Алана психиатр находит не просто жестокость, а странный, болезненный культ. Лошади для подростка стали воплощением чего-то мучительного и священного. Чем глубже Дайсарт погружается в сознание парня, тем больше его собственная размеренная
Чарли привыкла видеть игрушки цифрами: она аналитик в крупной сети магазинов, хотя с детства мечтала их придумывать. Когда корпорация решает закрыть все обычные точки и оставить лишь самую успешную, Чарли отправляют к её управляющему. Грант упрям и обаятелен, а его секрет - не отчётность, а живое участие и вера в праздник. Он не даёт инструкций, но заставляет Чарли иначе взглянуть на детали, которые она привыкла игнорировать. На кону не просто карьера: если она не поймёт, в чём сила этого
Фотограф Грейс снимает на Рождество уютное шале, чтобы провести праздник с дочерью и матерью в тишине после развода. Но тот же домик по ошибке достался Джеку: писатель мечтал спрятаться от шумных торжеств и наконец дописать книгу. Вместо уединения оба получают незваных соседей и общую гостиную. Грейс пытается удержать хрупкий покой для своей семьи, Джек отчаянно ищет тишину для работы. Их раздражение неизбежно перерастает в неловкое соседство, а затем в нечто большее. Под одной крышей
Ненастная ночь в сельском Вермонте. Телефонная линия оборвана, дороги замело, а роженица в доме теряет силы. Акушерка Сибил Дэнфорт принимает единственно возможное решение: сделать кесарево сечение, чтобы спасти ребёнка. Младенец выживает, но мать умирает. Трагедия оборачивается уголовным обвинением в непредумышленном убийстве: помощница Сибил уверена, что женщина была ещё жива, когда акушерка взялась за скальпель. Суду предстоит разобрать границу между врачебной необходимостью и роковой