В разрушенном подвале на Шпреевальдерштрассе Лина Шульц, вдова двадцати восьми лет, чинит украденный радиоприемник. Её сын Томас, восьмилетний, собирает осколки кирпича — дядя Эрих обещает за пять штук картофелину. В полуразрушенной аптеке бывший санитар Карл Беккер прячет флакон морфина; его ищет фрау Винтер, чей сын умирает от гангрены. Лина по вечерам, когда Томас спит, завернувшись в куртку отца, подслушивает BBC. Записывает обрывки новостей на оберточной бумаге. На рыночной площади
Марк уходит на рассвете, тайком, не прощаясь. В порту еще темно, он торопится к баркасу, но старый сторож Петрович с собакой преграждает ему путь. Свет фонаря режет глаза. «Куда ж ты, паря, спозаранку?» – голос Петровича хриплый от ветра и ночи. Марк буркнул что-то про дела, сжимая ремень рюкзака. Петрович усмехнулся, погладил пса. «А мать знает?» – этот вопрос повисает в холодном воздухе. И тут над морем небо начинает сереть. «Сынок, рассвет-то...» – кивает сторож. Марк опускает голову. В этих