Взбешённый босс мафии подозревают в провозе героина в Сан-Франциско. Он отправляет племянника, адвоката с горячей головой, вычислить настоящего виновного. Тот берёт в помощники друга, гонщика «Гран-при», который не ищет лёгких путей. Молодая афроамериканка из Лос-Анджелеса то и дело оказывается в неловких ситуациях: на работе, в кругу подруг или в сердечных делах. Две линии сталкиваются, когда неловкость героини пересекается с решимостью мафиозного клана. Адвокат и гонщик действуют напролом, а
Америка ближайшего будущего. Уровень преступности стремится к нулю, экономика стабильна, социальное напряжение ушло. Цена этого порядка - Судная ночь. Двенадцать часов в году, когда любой закон перестаёт действовать, а полиция не отвечает на вызовы. Для одних это карнавал вседозволенности, для других - борьба за выживание в собственном доме. Герой оказывается внутри этой ночи, когда её правила перестают быть абстракцией. Запертые двери и забаррикадированные окна не гарантируют безопасности, а
Мэдди Шварц больше не хочет быть чьей-то женой. В Балтиморе середины 1960-х она оставляет мужа и дом, чтобы найти собственный путь. Её внимание приковано к двум смертям: пропавшей еврейской девочки Тесси и темнокожей женщины Клео, которая ушла на свидание и не вернулась. Мэдди входит в мир, где её никто не ждёт. Она пытается соединить нити двух историй, но каждая встреча открывает не столько факты, сколько глухую стену отчуждения. Клео жила в другом городе, с другими правилами и другой ценой за
Солнечный Майами, начало двухтысячных. Мэй готовит выставку снимков, оставшихся после матери-фотографа. Для неё это не просто подборка кадров, а способ заново прикоснуться к человеку, которого она потеряла. На открытии появляется Майк. Он представляется журналистом и просит разрешения подготовить большой материал о выставке. Мэй соглашается, но чувствует, что его интерес к её матери глубже, чем профессиональное любопытство. Майк задаёт вопросы, на которые у неё нет ответов, и его присутствие