Лайза работает в морге, каждый день начинается с хлора и лаванды. Она находит в карманах умерших маленькие свидетельства их жизни — фотографию младенца, обручальное кольцо. Её коллега Грег, патологоанатом, разворачивает бутерброды прямо на столе для вскрытий. В другом конце города Карл, ветеринар, усыпляет животных. Он выгуливает чужую собаку, думая, как мягче сказать ребёнку о смерти хомяка. Его мир тоже состоит из тихой грусти и прощаний. Они встречаются случайно, после того как Грег по
Брат с сестрой, Лиам и Элис, живут в глухом бунгало, доставшемся им от исчезнувшего старика Грегора. Их дни проходят в странном, почти ритуальном однообразии: он чинит протекающую крышу, она разбирает консервы из подвала. Их мир — это треск радиоприемника, черные олени за окном и обрывистые, будто бытовые, заклинания. Покой нарушает сосед Арчибальд, принося коробку с чужими воспоминаниями — письмами и фотографией незнакомки у их дома. Это зацепка, первая ниточка. Лиам находит под кленом ржавую
История разворачивается вокруг Тэны, девочки-подростка, чья жизнь оборвалась слишком рано. Но фильм — не о самой смерти, а о её отголосках. О том, как призрак утраты поселился в стенах её дома, в памяти матери, в самой ткани бытия. Мы видим попытку восстановить прошлое, пережить его заново. Камера внимательно, почти с нежностью, исследует места, где она жила: её комнату, постель, школьные снимки. Это не расследование, а медитация. Тихий разговор с тем, чего больше нет. Мать пытается понять