Джейк находит на причале плащ отца — аккуратного Тома, который никогда ничего не забывает. А Лиза в кафе обнаруживает записку с его почерком, но с красным отпечатком ладони, которого в нём не было. Координаты, чужой страх. Дождь заливает доки, а в заброшенном контейнере — пустые ампулы «Агрохима» и метка банды «Когтями вверх». Потом в церкви незнакомка в мокром платье суёт Лизе медальон с фото отца. «Спроси у фермеров в Брокен-Хилле, — шепчет она, — он копался не в своём грузе». Джейк в старом
Джейк воровал просрочку из аптек, пока его сестра Элла, медсестра, не принесла список. Люди в очереди за льготными лекарствами умирали, не дождавшись. И они начали свое дело — в гараже, пахнущем бензином, собирали поддельные таблетки из контрабандного порошка. Джейк лихорадочно сверялся с потрепанным учебником, опасаясь ошибиться в дозировке. Элла, стирая пятно кофе с халата, отвечала, что риск лучше верной смерти. Их уже искала детектив Линн Ренвик, связавшая смерть подростка с ростом
Сергей и Виктор вкалывают на изношенном заводе, где каждый день — борьба с текущими кранами и заклинившими механизмами. Мир их ограничен цехом с ржавыми шестерёнками, раздевалкой с отклеившимися плитками и автобусом №23. Жизнь протекает в ритме смен: с восьми до восьми. Виктор всё чаще говорит о других возможностях — кто-то ушёл в такси и зарабатывает больше. Он предлагает Сергею после смены выпить, сливая остатки электролита, но у того свои заботы — дочь Маринка схватила двойку по химии, и в