На углу Голливудского и Вайн Лена моет стойку в закусочной, а её сосед Кайл, бывший каскадёр, тайком правит их общий сценарий. Денег нет даже на фейковые ногти, а через неделю — кастинг. Лена устало вытирает руки о фартук. Она требует, чтобы их агент Сэм перестал названивать по ночам с правками к монологу Мэйси. Мэйси, дочь опального режиссёра, примеряет парик на студии в Бербанке. Её парень Рико приносит украденное для съёмок. Над ними висит долг за аренду камеры, а на полу — просроченное
Лёд под колёсами - вот что чувствуешь с первых секунд. Две враждующие банды на роликах делят асфальт Венис-Бич и Голливуда, и каждая стычка пахнет бензином и потом. Для героев это не спорт: это единственный способ доказать, что ты жив, пока город равнодушно жуёт попкорн на пляже. Конфликт перерастает в личную войну, где старые счёты важнее правил. Драка перестаёт быть игрой, когда на кону не территория, а то, кем ты себя считаешь. Кто-то хочет уйти, но банда не отпускает: честь и страх держат
Съёмки хоррора превращаются в испытание для тех, кто работает рядом с исполнителем главной роли. Эксцентричный актёр настолько вживается в образ мясника, что грань между профессией и реальностью стирается. Коллеги всё чаще ловят себя на мысли: перед ними талантливый артист или человек, которому нужна помощь. С каждой сценой его поведение становится тревожнее, а вопросы о душевном здоровье героя - настойчивее. Спасительная мысль, что это просто метод, держится до тех пор, пока его действия не
Свежая могила в промозглой земле, долг, который не прощает, и тёткино наследство, маячащее на горизонте. Том, вдовец, раздавленный горем и карточными проигрышами, едет к богатой тёте Флоренс в надежде попасть в завещание. Времени нет: кредитор дышит в спину. Тогда дочь гробовщика Элоди подкидывает план - грабить могилы зажиточных горожан на кладбище напротив. После налёта в доме тёти начинается странное. Том слышит и видит вещи, совпадающие со смертями ограбленных. Никто вокруг не замечает