Он дежурит на маленькой станции, где даже фонари покрываются ледяной коркой. Она учит детей в школе через дорогу. Их мир — это промерзшая будка, чай с малиновым вареньем и шерстяной платок на едва тёплой батарее. Николай чинит сигнальные огни, а Лиза приносит ему термос, завёрнутый в шарф с пропущенными петлями. В этой глуши их жизнь кажется прочной, как эти ритуалы. Но однажды в её руки попадает письмо из Петербурга. Приглашение на работу, другой шанс. «Здесь даже весна опаздывает», — говорит
Анна живёт в ритме, отмеренном хлопающей дверцей аптеки и дорогой в коррекционную школу. Её мир — это сын Степан, его тихий лепет и жёлтые коты на рецептурных бланках. Её жизнь — это стыдливые взгляды чужих людей и потертая дублёнка, в которую он утыкается лицом, прося морсу. В этот замкнутый круг однажды возвращается Николай, её старый одноклассник. Он чинит её разбитую машину, а заодно — и что-то в её опустошённой душе. Он приносит в их дом неловкую заботу и радиоуправляемый вертолёт, вызывая
Тихая Марина, которую все зовут Мышка, поступает в консерваторию. Её жизнь, как и всё остальное, устраивает мать — актриса Инга. Она же пристраивает дочь к легендарному педагогу Нине Георгиевне. Там Марина встречает её сына, Кирилла. Высокий, с пронзительным взглядом. Её сердце замирает, начинается робкая первая любовь. Но случайная встреча их родителей, Инги и Вячеслава, рушит хрупкое настоящее. Двадцать лет назад между ними была страсть, боль, невысказанные слова. Чувства, похороненные под