Агент листает личное дело, которое не должен видеть. Женщина с ребёнком - не статистика, а следующая цель по плану очистки. Правительство уже утвердило программу: неугодных сначала высылают в колонию, потом уничтожают. Он решает вытащить их, хотя это значит предать систему, в которой работает. Мать-одиночка не знает, что её судьба уже решена, и не сразу верит незнакомцу, который предлагает бежать. Приходится действовать быстро, пока бюро не заметило утечку. Агент ведёт их через пустые коридоры,
Няня соглашается на работу в состоятельной английской семье, но, переступив порог дома, понимает, что её подопечный - не мальчик, а кукла в человеческий рост. Хозяева относятся к ней как к живому ребёнку и требуют того же от неё. Девушка решает, что это безобидная причуда, пока однажды не нарушает одно из строгих правил дома. После этого случая тишину особняка начинают разрывать тревожные звуки, а предметы будто сами меняют положение. Няне всё труднее отделять реальность от игры воображения:
Ванда и Вижн поселились в уютном пригородном доме, где каждый день похож на старую чёрно-белую комедию. Соседи дружелюбны, фокусы мужа смешат до слёз, а на ужин всегда свежий ужин. Но за этой картинкой Ванда чувствует: что-то не так. Соседи замирают, когда думают, что никто не смотрит, а прошлое отказывается оставаться за кадром. Ей приходится выбирать, как долго можно поддерживать иллюзию, прежде чем реальность ворвётся в дом. Вижн, её муж, задаёт неудобные вопросы, на которые у Ванды нет
Старый охотничий домик в лесу - место, куда двое братьев приезжают за тишиной и дичью. У них есть ружья, припасы и привычный ритуал мужской вылазки: прогулка, охота, разговоры у костра. Но лес не отвечает взаимностью. Тишина становится слишком плотной, а тени между стволами начинают двигаться не по ветру. Кто-то или что-то переворачивает роли. Теперь не братья выслеживают зверя, а нечто невидимое ведёт их по чащобе, подгоняя к краю. Ружья перестают быть защитой, крик не доходит до опушки.
Джошу восемь, и у него нет друзей среди живых. Родители с облегчением принимают его воображаемого товарища по имени Z, пока безобидные игры не сменяются вспышками агрессии. Мальчика отстраняют от школы, а за этим следует несчастный случай с другим ребёнком. Мать пытается заглушить тревогу таблетками и запретами, и Джош перестаёт видеть Z. Теперь Z видит её саму. Он приходит без стука, и его присутствие уже не детская фантазия, а липкая тень на грани сна. Тишина в доме становится плотной, а
Католическая молитва «Отче наш», выученная на польском, становится единственной защитой двенадцатилетнего Макса. Оккупированная Польша, охота на евреев, потеря всей семьи - мальчик оказывается в доме крестьянина Яско. Христианин прячет его, рискуя жизнью, но слухи от соседей расползаются быстрее, чем солдаты Вермахта спешат к порогу. Макс срывается в лес, где нет стен и нет молитв, которые его спасут. Теперь он прячется не в чулане, а среди деревьев, прижимая к груди крохи еды и чужое имя,
Молодая писательница Энни приезжает погостить к подруге Ким - в просторный дом, где та живёт с мужем и маленьким сыном. Ким вышла замуж за успешного мужчину, её дни заполнены бытом и заботой о ребёнке, но в ней чувствуется лёгкость и уверенность, которых Энни остро не хватает. Гостья пытается работать над текстом, но всё чаще отвлекается: её завораживает то, как свободно и без стеснения Ким относится к собственной привлекательности, как играет с вниманием окружающих. Чем дольше Энни остаётся в
Он соглашается на рождественскую поездку в лесную хижину, хотя внутри уже не рад. Компания старшеклассников хочет просто выпить и отвлечься от школы, но в лесу за ними наблюдает тот, кто смотрел слишком много ужастиков. Для него праздник - это декорации, а гости - живые мишени. Герой чувствует, как привычная безопасность тает с каждой сломанной веткой за окном. Ему придётся вспомнить, как работает страх в кино, потому что теперь он сам внутри такого фильма. И правила здесь пишет убийца.
Карен привыкла справляться одна: двое сыновей, работа, быт. Она нанимает Алекса - молодого, внимательного, готового помочь с детьми. Парень быстро вписывается в дом, мальчики к нему тянутся, и Карен рада передышке. Она не замечает, как его забота становится навязчивой. Алекс не просто няня: он уже присвоил себе место в этой семье и не собирается его уступать. Каждое его действие приближает момент, когда чужая жизнь станет препятствием. Карен предстоит увидеть в доброжелательном помощнике того,
Старый армейский скальпель сменяется стетоскопом в кабинете семейной практики. Бывший военный хирург возвращается в родной город и вливается в работу местного врача. Размеренный приём пациентов и привычный уклад рушит внезапное расследование загадочной смерти. Теперь героиня оказывается в центре дела, где каждая медицинская запись может стать уликой, а каждый визит - последним. Коллеги превращаются в подозреваемых, доверие трещит, а прошлое хирурга даёт о себе знать. Сможет ли она отделить
Эквадор. Подножие вулкана, где миссионерская община живёт по строгому уставу. Кэндис - образцовая жена и мать, её день расписан молитвами и наставлениями для новообращённых. Она готовит сына к первому причастию, и это событие должно укрепить её положение в коммуне. Накануне церемонии мальчик заходит в запретную пещеру. Из неё он возвращается не собой: в него вселяется дух, который старше любой проповеди. Кэндис винит во всём местного шамана, но её вера даёт трещину. Ей предстоит столкнуться с