Лиза Барнс

Жанры: боевик, триллер, комедия
Общее количество фильмов: 5
Дебютный фильм: 2020
Последний фильм: 2021

Двое детективов идут по следу коррумпированного политика, причастного к убийству полицейского. Аризона, пустыня, перестрелки и предательства - режиссёр Бо Йотти сознательно ориентируется на эстетику полицейских триллеров и боевиков восьмидесятых. Герои не просто выполняют работу: каждый выстрел приближает их к правде, которая может оказаться опаснее самого преступника. Вопрос не в том, найдут ли они виновного. Вопрос в том, сколько ещё грязи выплывет наружу, пока они не решат остановиться. А
В 2022 году в городе Блэк-Рок появляются двое охотников за головами: Уильям Коул и Белл МакЛюр. Их работа проста: найти преступников, поймать их и получить за это золотом. Вестерн Бо Йотти держится на этой прямой сделке между риском и наградой. Герои приезжают в пыльный поселок, где каждый незнакомец может оказаться целью или ловушкой. Коул и МакЛюр действуют по правилам своего ремесла: расчетливо и без лишних слов. Но в городе, где закон решает ствол, простая охота быстро превращается в
Влажный воздух, темнота и тишина, нарушаемая только дыханием шестерых туристов. Три пары отправляются в горы на ночную прогулку, чтобы отдохнуть от города и подышать свежим воздухом. Им кажется, что это просто приключение с палатками и костром. Вскоре становится ясно: в лесу они не одни. Отдых превращается в кровавую бойню, и компаниям приходится бороться за жизнь. Герои пытаются держаться вместе, но страх и темнота заставляют их разбредаться по незнакомой местности. Каждый шорох и треск веток
Южная готика, выжженная солнцем и пропитанная тишиной. Женщина, давно покинувшая родительский дом, возвращается в него взрослой. Ей предстоит встретиться с отцом и матерью, людьми, которые когда-то причинили ей боль. Прошлое не отпускает, оно в каждом углу этого дома, в каждой пылинке, осевшей на мебель. Она ищет не примирения, а ответа: как жить дальше, когда детство превратилось в шрам. Каждый разговор с родителями - шаг по краю, где гнев и жалость сплетаются в тугой узел. Прощение здесь не