Санджай, банковский служащий, годами лелеет мечту о собственном доме. Он даже пытается завести роман с начальницей, надеясь на скидку, но тщетно. Всё меняет встреча с такой же мечтательницей, молодой женщиной, которая тоже отчаянно хочет своё жильё. Они понимают, что вместе у них больше шансов. Общая цель рождает циничный, на первый взгляд, план: фиктивный брак. Только так они могут получить одобрение на совместную ипотеку. Они играют роли, заключают сделку с банком и с жизнью, наивно полагая,
В детстве она видела волшебство. Друг её отца, старик с биоскопом, показывал движущиеся картинки, и это чудо стало для неё всем. Оно определило её путь — она стала режиссёром. Но повзрослев, она осталась одна, с одними лишь воспоминаниями о том свете. Снимая новый фильм, она узнаёт, что в том же городе живёт тот самый старик. Она находит его. Он постарел, стал бродячим киномехаником, тоскует по своей дочери, которую потерял много лет назад. Их встреча — это тихое, медленное узнавание. Двое
Чанду четырнадцать, и его мир — это тесный гараж отца в Дадаре, где пахнет машинным маслом и старым железом. Его отец, Пракаш, вечно ворчит, что гонки не для таких, как они. Но по вечерам Чанду с друзьями Рави и Мирой тайком собирает из старых запчастей свой болид — трёхколесную рикшу «Молнию». Их гонки — это пустые доки по четвергам, рёв самодельного мотора и ветер, срывающий с них усталость. Всё меняется после насмешки Адитьи, сына из богатой семьи. Он смотрит на «Молнию» как на мусор. Когда
Он жил в ритме ценников и пыльных телевизоров, пока не увидел её на рынке Кроуфорд. Она спорила из-за потрёпанного Тагора, а в её волосах пряталась синяя молния. Мира. Случайная встреча в институте оказалась судьбой: она снимала уличных музыкантов, он — держал камеру, будто щит. Но мир Раджи был тесен. Отец-водитель рикши, чайная в трущобах, и неоновый логотип отелей её семьи, горящий за их хлипкой крышей. «Они не позволят ей дышать нашим воздухом», — твердили ему. Он молчал, когда она спорила
В Мумбаи, на шумном рынке Кроуфорд, девятнадцатилетний Рави таскает мешки с рисом. Его сестра Мира моет глиняные чашки в чайной, споря с хозяйкой. Их жизнь — это пыль и тяжкий труд. Однажды парень на старой «Яве», Адитья, предлагает Рави рискнуть: проникнуть в офис застройщика, который хочет снести их дома. Рави отказывается. Но вечером он находит в комоде старую фотографию матери с незнакомцем в костюме, и что-то в нём переворачивается. Мира тем временем находит письма. Их отец, оказывается,
В переулках старого Джайпура жизнь Аниты состояла из запахов специй и размеренного ритма семейных забот. Всё изменила случайная встреча с Арджуном, сыном владельца текстильной фабрики. Между молодыми людьми возникла тихая, трепетная связь. Он приносил ей книги, делился мечтами об учёбе в Дели, а она слушала, пряча улыбку. Но их миру суждено было рухнуть. Кто-то стал ломать автобус её брата Раджеша, который возил рабочих на ту самую фабрику. Вскоре нашлись улики — обрывки ткани с фабричной
Арави привёз молодую жену из большого города в свой Удайпур. Пуджа пыталась дышать в этом новом мире, где воздух густел от запаха топлёного масла, а время отмерялось не электронными часами, а звоном серебряных браслетов, которые он подарил ей в день свадьбы. Она задыхалась. Её мечта об ателье жила втайне, в жестяной банке под кроватью и на уроках у портнихи Шанти. Когда Арави нашёл эти деньги, это стало ударом по его гордости. Муж содержит жену. Разве этого недостаточно? Но жизнь вносила свои
Долли стирала его белую рубашку каждый четверг. Грязь от паланкина, запах дешевого виски вместо масла для колес. Она научилась молчать. Но однажды за гнутым деревом нима увидела всё: из паланкина выгружали не старуху, а ящики с красными печатями. «Ты думаешь, я слепая?» — спросила она вечером, глядя на царапину на его сапоге. Раджеш разбил чапати об тарелку. «Заткнись. Или я закопаю тебя рядом с манговым деревом». Соседка Амита шепнула про склад англичанина Сэмюэля, про толстые конверты. Долли
В прибрежной деревне Мангалапур начали пропадать джекфруты. Всё началось с гнилого плода в саду у Рави, покрытого странными сизыми пятнами. Его сестра Мира, биолог, заметила, что на рынке фруктов нет, кроме тех, что продаёт старик Хариш. Он был единственным, чьи деревья уцелели. Местные шептались о ночных скрипах, будто стволы кто-то высасывал. Рави и Мира пробираются к его заброшенной плантации и находят стволы с глубокими царапинами, похожими на следы от стальных когтей. Хариш, оказалось,
Банти, продавец в лавке старьёвщика, каждое утро пересчитывал ржавые болты и ругал соседского попугая. Его сестра Бабли бегала по переулкам, подрабатывая репетитором для сына мясника. Их привычная жизнь треснула, когда Банти нашёл в ящике с монетами обрывок письма от покойной матери. В нём упоминался участок земли в деревне Лохта, завещанный только Бабли. Банти чувствовал себя обманутым. Он швырнул связку ключей, оставив царапину на календаре с богиней. Бабли, пытаясь избежать ссоры, сбежала к
Дочь владельца маленького магазина электроники, Сонам, каждый день протирает пыль со старых кассовых аппаратов в душном переулке Чандни-Чоук. Ее жизнь — это ворчание отца Ракеша и неловкие свидания с Арджуном, сыном фабриканта, где они только и делают, что ссорятся из-за приданого. Все меняется, когда ее брат Викас требует денег на бизнес. Услышав язвительные намёки невестки Миры, Сонам решается на отчаянный шаг. Она подделывает документы на кредит, используя отцовскую печать, спрятанную под
Восемнадцатилетняя Мира живёт в двух мирах. Днём — в закусочной «Джангал», по ночам — в подвале подпольного бойцовского клуба. Синяки она скрывает под сари, а усталость — ложью брату Раджешу, который болеет и не знает, откуда на самом деле берутся деньги на лекарства. Её жизнь — это тяжёлые удары, чай с кардамоном и тихий страх, что правда всплывёт. Однажды ей подбрасывают записку. Арджун, сын хозяина фабрики, знает её тайну. Он ставит ультиматум: проиграть следующий бой, или Раджеш всё узнает.
В их переулке жизнь течёт по кругу: Гулабо таскает воду, Ситабо чинит камеры, а долги за лавку висят тяжким грузом. Однажды в почтовом ящике появляется синий конверт — уведомление о выселении. Участок хотят отдать под склад. Пятнадцать дней, и всё, что у них есть, превратится в пыль. Они пытаются бороться. Бегут к адвокату, но тот лишь разводит руками: без документов на землю они никто. Тогда Гулабо стучится к соседям, требуя собирать любые квитанции, любые бумажки, способные доказать, что они
Раджеш Шарма преподаёт математику в колледже, ездит на старом мотоцикле, который вечно глохнет. Его дочь Аарти не хочет быть инженером, она рисует на стенах розовых слонов. Денег не хватает, и Раджеш соглашается на подработку в элитной академии. Там он сталкивается с Викрамом, сыном влиятельной Кавиты Малхотры, который списывает на экзаменах. Кавита приезжает на «Мерседесе», поправляет жемчужное ожерелье и предлагает сделку: он закрывает глаза на успехи её сына, а она не даёт выгнать Аарти из
Адитья — обычный парень из Мумбаи, закрутившийся в долгах и рутине. Однажды ему звонит незнакомец. Голос безэмоциональный, как у машины. Объявляет, что Адитья теперь участник игры. Задания будут приходить каждое 21-е число. Отказаться — нельзя. Сначала кажется, что это чья-то злая шутка. Но после отказа в его квартире взрывается микроволновка. Угнать машину. Подбросить наркотики коллеге. Мир Адитьи рушится. Он делает то, на что никогда не был способен. Голос в телефоне становится навязчивее, он
Двадцать два года, комната в Бандра с облупившимися обоями. Утро начинается с пережаренного пао из ларька дяди Санджея, день — с доставки еды на потрёпанном мопеде, под шлемом вечно прячется сценарий. Вечерами Радж с другом Викасом снимают для ютуба что попало. Соседка Прия, студентка-медик, ворчит на их безумие. Однажды их пародийный клип, куда Прия случайно попадает, споткнувшись о ведро, за ночь набирает безумные просмотры. Раджа зовут на кастинг, но он проваливается, путая реплики. Прия
Аша моет кружки в закусочной на окраине Мумбаи. Её жизнь — это стойка, заляпанная куркумой, и вечные споры соседа. В подсобке, среди мешков с мукой, она находит старый блокнот матери. В нём — неиспользованный билет на поезд в Найнитал и странный рецепт: «40% шафрана, 60% терпения». Это был план побега, который её мама так и не осуществила. Аша решается на то, на что у матери не хватило духа. Она уезжает в тот самый горный городок. Там, в пропахшей сыростью библиотеке, она встречает учителя
Молодой музыкант, чьё имя пока ничего не значит, жаждет признания. Сначала это лишь огонёк в глазах, мечта услышать своё имя из чужих уст. Слава приходит внезапно, как удар током. Толпа скандирует, камера ловит каждый жест. Он пьёт этот кайф, этот наркотик, чувствуя, как прежняя жизнь растворяется в свете софитов. Но эйфория сменяется тревогой. Зеркало в его роскошной гримёрке становится свидетелем странных диалогов. Он говорит с отражением, которое уже не вполне он сам. Чужие ожидания
В тихом городке у подножия Гималаев живут два брата. Лакшман — мечтатель, разговаривающий с птицами и видящий стихи в лужах. Бхарат — его защита и опора, суровая тень, всегда готовая встать на его сторону. Когда на границе с Китаем начинаются волнения, Бхарат уходит добровольцем. Он делает это молча, по-мужски, не прощаясь. Лакшман остается один на пустом вокзале, сжимая в руках братану книжку стихов. Он шепчет в след уходящему поезду, что Бхарат даже цыплят во дворе боялся спугнуть. Городок
Всё начиналось с лёгкости. С того самого взгляда, когда Мудит и Сугандха поняли — это оно. Они договорились, назначили дату. Казалось, самое сложное позади. А потом началось. Свадьба в Северной Индии — это не про них двоих. Это про всех сразу. Бесконечные споры о меню, о гостях, о том, что скажут люди. Хрупкое «я хочу» Сугандхи тонуло в громком «мы должны». Мудит робко пытался оспорить список из пятисот гостей. Тщетно. Иногда им казалось, что они просто пешки в чужом спектакле. Родня проверяла
Джая и Йоги встретились в сети. Завязалась переписка, полная надежд и лёгкого флирта. Они пытались построить что-то, но не сложилось. Разошлись, оставив за спиной тихое разочарование. Спустя полгода их пути снова пересеклись. Словно сама судьба подкинула им второй шанс. «А давай просто уедем?» — предложил кто-то из них. Не для галочки, а чтобы нащупать, живо ли между ними что-то, или это лишь призрак прошлого. Они отправились в путь без карты. Машина ломалась, они терялись в незнакомых местах,
Двое друзей, понимая, как много влюблённых в Индии страдает из-за запретов семей, создают подпольный сайт. Это не соцсеть для флирта, а инструмент для побега. Для отчаянных шагов. Они становятся цифровыми купидонами, не ожидая такого наплыва. За каждым кликом — живая история: парень, чья семья уже подобрала невесту, девушка, тайком пишущая сообщения, их общий страх и надежда. Это не игра. Здесь на кону — чужие судьбы. С каждым новым обращением приходит осознание риска. Они видят очередь —
Абхиманью жил легко — Токио, Анна, свобода от любых обязательств. Но внезапная смерть отца, премьер-министра Индии, рушит его мир. Теперь вместо беззаботных вечеринок — бесконечные митинги, партийные интриги и тяжёлое бремя ответственности. Его насильно погружают в политику, которую он всегда презирал. Он пытается сопротивляться, вносить свои идеи, ломать прогнившие устои, но наталкивается на стену равнодушия и циничного расчёта. Даже те, кто был рядом с отцом, видят в нём лишь марионетку.
Ом Шастри, человек, достигший американской мечты, в одночасье теряет всё из-за финансового кризиса. Банк угрожает отобрать последнее, и ему приходится лететь в Индию, чтобы продать родовое поместье. Но вместо спокойной сделки его похищают местные бандиты, ожидавшие лёгкой добычи. Обнаружив, что кошелёк Ома пуст, они передают его местной авторитетной и грозной женщине по имени Мунни, которую все называют «леди Габбар Сингх». Так Ом оказывается в ловушке между двух огней: безжалостными
Пратап, полицейский с каменным лицом, ведёт свою игру. Его цель — могущественный мафиозный босс Мангал Сингх. Для этого он использует Сону, мелкого уличного торговца оружием, который поставляет стволы самому Сингху. Сону — его стукач, заложник в этой опасной схеме. Но двойная жизнь — это постоянный страх. Один неверный шаг, и всё рухнет. Жизнь Сону и без того не сахар, но всё усложняется, когда в ней появляется Джанви. С ней он чувствует что-то другое, забывает о подлости и предательстве,
Сатьявир — полицейский, пишущий детективный роман, который никак не складывается. Его жизнь сера и предсказуема: служба по инструкции, быт с женой и ребёнком, где он чувствует себя чужим. Он словно застрял в роли, написанной не для него. Всё меняется с появлением Манорамы. Она врывается в его жизнь с просьбой о помощи, и Сатьявир, наконец, получает шанс стать тем самым героем-сыщиком из своих фантазий. Он с головой окунается в расследование, полагая, что это всего лишь игра, временный побег от
Рави Шарма, обычный парень, находит в старой лавке на Чандни-Чоук потрёпанную карту Лакхнау. На обороте — детский рисунок храма, того самого, где его оставила мать. Цифры 17, 34, 89 кажутся бессмыслицей, пока таинственный старик у чайной не предупреждает: «Они уже знают, что ты её нашёл». В это же время инспектор Мира Дешпанде расследует ограбление музея, где похищена вторая карта — с теми же цифрами, но схемой тоннелей под Джайсалмером. Голос в телефонной трубке шипит, что она играет не в ту
Его мир был чётким, как разметка на паркете. Победа. Поражение. Ничего личного. За ошибку его приговаривают к общественным работам — тренировать баскетбольную команду. Но не простую. Первая встреча оглушает. Эти люди с их неловкими движениями и прямым взглядом кажутся ему чужими, другим видом. Он видит лишь диагнозы, а не лица. Тренер отбывает номер, считая дни. Но ритм тренировций делает своё дело. Он начинает различать их. Не «умственно отсталых», а Сару, с её титаническим упрямством. Или