Американка отправляется в перуанскую Амазонию в поисках чуда. Она находит надежду в общине, где проводят ритуалы с аяхуаской - древним психоделическим растением. Её восприятие меняется навсегда. Героиня сближается с молодым индейским шаманом, который переживает собственный кризис. Рядом с ними пёстрая компания психонавтов - люди, ищущие трансцендентность, близость и ответы на вопросы жизни и смерти. Каждый из них движим своей утратой или жаждой. Состояние героини больше не принадлежит ей одной.
Болонья, 1858 год. Шестилетнего Эдгардо Мортару забирают из дома: служанка тайно окрестила его, и церковь решает, что мальчик должен расти христианином. Родители теряют сына в одночасье, и их отчаянная борьба за возвращение ребёнка быстро перерастает в политический скандал. На сторону семьи встаёт общественное мнение и международная еврейская община, но папа римский непоколебим. Пока взрослые ведут тяжбу, Эдгардо взрослеет в католическом пансионе, и светская власть церкви с каждым годом
Школьный проект Леоне - документальный фильм о собственной семье. Шестнадцатилетний парень растёт с двумя отцами и считает эту жизнь единственно возможной, пока не узнаёт: родители решили развестись. К разрыву добавляется появление биологической матери Тилли, которая хочет вернуть сына. Леоне теряет не просто привычный уклад - ему приходится выбирать, с кем из троих остаться, и каждый из них тянет в свою сторону. Камера в руках героя становится способом удержать распадающуюся реальность. Он
Он теряет всё, что строил, ещё до того, как пришёл к власти. Молодой редактор социалистической газеты «Аванти» влюбляется в женщину, которую не должен любить. Их связь не просто тайна, а бомба замедленного действия: она еврейка, и это предопределит судьбу их сына. Семейная идиллия треснет под грузом амбиций. Герой смотрит на неё и на ребёнка уже не как на тыл, а как на помеху для восхождения. Чем ближе он к политическому Олимпу, тем опаснее становится прошлое. Чувство неотвратимости сгущается с
Детектив Энцо Вителло находит рядом с телом очередной жертвы письмо. Убийца, называющий себя Достоевским, подробно описывает последние минуты человека и оставляет послание для следователя. Вителло начинает отвечать, скрывая переписку от коллег. Его всё сильнее затягивает нигилистический голос преступника, и параллельно всплывает собственная давняя рана: когда-то он бросил маленькую дочь. Расследование превращается в личный спуск в те уголки души, куда он боялся заглядывать. Сможет ли он
Горная деревня, где каждый камень помнит шаги отца, и большой город, где теряются даже собственные мысли. Бруно остался в альпийской глуши, Пьетро сбежал вниз, но так и не научился находить общий язык с людьми. Их встреча - не случайность, а единственная возможность для обоих понять, куда они идут на самом деле. Дружба, которая длится годами, становится мерой потери и обретения. Пьетро возвращается в горы снова и снова, будто проверяя, осталось ли там место, где он не чужой. Бруно держится за
Бартоломео сколотил состояние, но титул остаётся недосягаем. Он жаждет породниться с обедневшим князем через брак дочери, а денег на сделку не хватает. Жадность и тщеславие ведут его прямиком в магический круговорот: прошлое, настоящее и будущее Рима XIX века сплетаются в один безумный день. Бартоломео не просто пытается раздобыть недостающую сумму. Ему предстоит встретиться с самим собой - тем, кого он прятал за амбициями и кошельком. Помогают в этом необычные спутники, каждый со своим уроком.
Соня оставляет Санкт-Петербург, семью и друга ради новой жизни в Европе. Она устраивается в автосалон в Германии и верит, что это начало пути к чему-то большему. Похищение обрывает её иллюзии. Соню продают в сексуальное рабство, и её тащат через страны: Германия, Италия, Португалия. Каждая попытка сопротивляться оборачивается только новыми страданиями и унижением. Она проходит весь круг ада, который уготован самым слабым. От той девчонки, что уехала покорять мир, почти ничего не остаётся -
Чайный сервиз на двоих: каждый день в ровно назначенный час миссис Фэйритейл и её лучшая подруга миссис Эмеральд садятся за стол в аккуратной гостиной. Их разговоры - о платьях, детях и ужине, их жизнь - безупречный фасад американского пригорода пятидесятых. Но за этим ритуалом дружбы, за одинаковыми улыбками и безукоризненными причёсками прячется невысказанное. Трещина идёт не по фарфору, а по ним самим: однажды тишина между ними наполняется тем, о чём не говорят вслух. Чем дольше они