1921 год. Беспринципный полицейский из Мадрида оказывается в Барселоне, охваченной забастовками и протестами. Ему поручено найти украденное армейское оружие, но город уже погружается в хаос. Каждое решение героя приближает его к грани, за которой служебный долг перестаёт что-либо значить. Он привык действовать жёстко, но здешние улицы живут по своим законам, где полиция и преступники давно поменялись местами. Погоня за стволами оборачивается не просто служебной рутиной: вокруг тлеют социальные
Противники на президентских выборах в Испании попадают в одну аварию и застревают вдвоём. Выбраться из западни не получается, а торчать в ней приходится долго. Вынужденное соседство перерастает в неожиданную связь, и это грозит скандалом всей предвыборной гонке. Героине приходится делить замкнутое пространство с тем, кого она привыкла считать врагом. Под угрозой не только её политическая карьера, но и репутация, которую она выстраивала годами. Каждая минута, проведённая вместе, добавляет
Снежная буря парализовала Испанию накануне праздника трёх царей. Многокилометровые пробки сковали трассы, и компания вооружённых юнцов решает, что лучшего момента для нападения на бронированный фургон инкассаторов не найти. Бандиты не знают, что в заторе застряли двое: разочаровавшийся в жизни пожилой коп Лео и стажёрка Гражданской гвардии Микаэла. Им придётся действовать без подкрепления. Лео давно махнул на всё рукой, Микаэла только начинает и ещё верит в порядок. Разные взгляды и опыт мешают
Всё началось с того, что Дези и Ката просто делали свою работу: наводили лоск в чужом особняке. Уборка закончилась, когда под руку попалось мёртвое тело женщины. Паника и ужас накрывают мгновенно. Цыганка и мексиканская иммигрантка понимают: они только что вытерли пыль на месте преступления и теперь идеальные подозреваемые для полиции. Выбора нет - сбежать, пока не поздно, или попытаться доказать, что они случайные прохожие, а не убийцы. Каждая минута на счету, и каждая ошибка превращает их из
Чего стоит одиночество, если ради него пришлось отказаться от всего, что делало тебя человеком? Улитка изобретает колесо и отправляется в путь через собственную цивилизацию - от первого механизма до сложных социальных структур. Герой движется вперёд, но каждое новое открытие отдаляет его от дома. Эволюция культуры оборачивается чередой потерь. Изобретения множатся, сообщества растут, и вот уже за спиной остаётся не просто пройденный путь, а целая эпоха. Всё, что построено, работает против
Педро и так несладко, когда приходит известие о смерти деда. В наследство достаются две коровы и осёл - неожиданный багаж для человека, который просто пытается пережить трудный период. Вместе с дядей он едет в деревню, где жил старик, и эта поездка обещает быть недолгой формальностью. Дорога, впрочем, ведёт не туда, куда планировали. Деревенский быт, внезапно свалившаяся живность и, видимо, сам дух места начинают диктовать свои правила. Педро и его спутнику предстоит столкнуться с тем, что
Двое полицейских ждут задания, которое сделает их героями. Двое преступников ждут преступления всей жизни. Двое инспекторов ждут, когда их наконец подключат к делу. Все застряли в ночном патруле, где ничего не происходит, и это ожидание становится их общей реальностью. Каждый час без происшествий приближает героев к тому, чтобы сорваться или придумать себе приключение. Они мечтают о большой опасности, но пока вынуждены коротать время в разговорах, спорах и мелких стычках друг с другом.
1878 год. Двое братьев, Сесар и Роман Браво, бегут из Португалии после ограбления, в котором погибли их товарищи. Они возвращаются на родное ранчо, надеясь найти передышку. Но дом не становится убежищем. Прошлое тянется за ними, а земля, где они родились, хранит свои тайны и старые счёты. Каждому из братьев предстоит столкнуться с тем, что они оставили за спиной, и с тем, что ждёт впереди. Чувство вины смешивается с желанием защитить друг друга. Вокруг - суровая природа, чужие взгляды и
Пьет Эссер ваял скульптуры для музеев и площадей Нидерландов, учил целые поколения студентов, а к шестидесятым превратился в главного врага для молодых художников. Его внучка Марте Фиссер сняла домашнее кино про деда, и эти записи стали нитью, за которую дергают, чтобы он сам рассказал про работу и про свою Дору. К шестидесятым старые методы ругают, новых мастеров травят, а Эссер застыл между гордостью за прошлое и злостью на тех, кто называет его пережитком. Сын-искусствовед, бывшие ученики и