Лето 1975 года. Пьер Паоло Пазолини заканчивает монтаж «Сало» и пишет книгу о гибели главы нефтяной компании. Он часто появляется в компании Пино Пелози, парня из рабочих кварталов. Пазолини теряет главное: из лаборатории пропадает негатив его последнего фильма. Режиссёр понимает, кто за этим стоит, и отправляется выкупать плёнку в ночь на второе ноября. Тревога в фильме нарастает медленно, через бытовые детали и взгляды, которые обещают беду. Герой движется к ловушке, зная, что ставки выше
Тюрьмы больше не гремят решётками: Италия ближайшего будущего усыпила преступников. Заключённые спят годами, безвредные и лишённые воли к рецидиву. Психолог Давид Дамиани следит за их состоянием и привык к полному контролю над системой. Он уверен, что знает каждый сбой и каждую лазейку. Но однажды на его мониторах появляется заключённый, чей сон перестаёт быть тихим. Давид теряет власть над подопечным, и спящий начинает подавать сигналы, которых быть не должно. Чем глубже Давид пытается
Рояль в римской гостиной, за которым неаполитанец Ренато Карозоне впервые соединяет джаз с народной песней. Он играет для узкого круга друзей, не подозревая, что этот звук изменит итальянскую эстраду. Герой движется между сценой и семьёй, пытаясь удержать то, что дорого, пока слава набирает обороты. Карозоне не ищет признания, но музыка находит его сама. Успех приходит быстро и шумно: гастроли, пластинки, восторженная публика. Чем выше взлёт, тем сильнее давление со стороны продюсеров и
В неаполитанской гостиной наряжают ёлку, но праздничного спокойствия нет. Семья Купьелло готовится к Рождеству, и в привычный уклад врывается давний конфликт. Каждый из домочадцев тянет одеяло на себя, отстаивая свои обиды и желания. Герои - не злодеи, а просто уставшие друг от друга люди, которые мечтают об одном: чтобы этот вечер прошёл по их сценарию. За внешней суетой и бытовыми стычками проступает нечто большее. Де Анджелис снимает на неаполитанском языке, сохраняя причудливое очарование