1940-е годы, оккупированная Франция. На фоне нарастающего ужаса появляется группа людей — обычных и не очень. Они создают подпольную организацию, Комитет по спасению. Их задача — вывозить людей, тех, кого преследуют, за океан, в безопасность. Это история не о громких сражениях, а о тихой, ежедневной работе, где каждый шаг может стать последним. Мы видим, как они находят маршруты, подделывают документы, прячут людей на рыбацких лодках. Рискуют всем. Каждый спасённый — это чья-то жизнь, вырванная
Адриана — талантливый шеф-повар, вся жизнь которой вертится вокруг мечты о звезде Мишлен. Её кухня — это её храм. Но судьба делает неожиданный и опасный зигзаг. Она оказывается втянута в мир подпольного покера, жестокий и абсолютно чуждый ей. Преступные силы внезапно захватывают её прежнюю жизнь, превращая её в заложницу обстоятельств. И Адриана делает выбор — не стать жертвой. Она вступает в борьбу, пытаясь вырвать обратно свой покой и контроль. Мы видим, как она, шаг за шагом, учится
С виду у них была идеальная жизнь. Любовь, уютный дом, взаимопонимание. Но одно необдуманное решение, один неверный шаг — и всё пошло под откос. Теперь им приходится скрывать правду за безупречным фасадом. Они втянулись в опасную игру, где каждый день — это новый обман, а каждое слово может стать уликой. Притворство становится их второй натурой, но давление растёт. Идиллия превратилась в хрупкую конструкцию из лжи, которая в любой момент может рухнуть. Им приходится постоянно оглядываться,
Молодая писательница Эмма Беккер живёт словно в тумане. Её жизнь — это серые дни и бесперспективная связь с женатым мужчиной. Ей отчаянно не хватает воздуха, настоящего чувства, какого-то толчка. В поисках материала для нового романа она решается на отчаянный шаг. Не просто наблюдать со стороны, а погрузиться с головой. Она приходит работать в бордель. Сначала это похоже на исследование. Эмма изучает этот ночной мир, его обитательниц и клиентов как антрополог. Она ведёт записи, стараясь
Это история о людях, затерянных в лабиринтах европейской бюрократии. Антуан, переводчик из Намюра, пытается не отстать от дебатов о квотах на молочный экспорт, поправляя наушник. В кармане у него звенит леденец от кашля — в зале дует, как на вокзале. Рядом Лена, французский юрист, шипит ему о забракованных немцами поправках, в спешке размахивая папками. Она считает минуты до последнего поезда в Париж, боясь, что её дочь Марго снова уснёт в пальто, не дождавшись маму. Йохан Шульц яростно спорит
Она работала в пекарне, и от неё всегда пахло мукой и тёплым тестом. Он ремонтировал во дворе мотоцикл и думал о квантах. Их миры столкнулись на тротуаре, когда её юбка зацепилась за его велосипед. Он не стал распутывать узел, а просто перерезал нитку складным ножом. Потом он стал приходить к закрытию, покупая чёрный хлеб. Задавал странные вопросы, на которые у неё не было ответов. Она отшучивалась, пряча под прилавком обожжённые пальцы. Между ними росла тишина, наполненная невысказанным,