Семнадцатилетний Генри Пейдж называет себя романтиком, но ни разу не был влюблён. Он ждёт ту самую единственную, а пока пишет для школьной газеты и наблюдает за жизнью со стороны. Появление новенькой Грейс Таун рушит его спокойное ожидание: Генри чувствует, что всё вот-вот изменится. Грейс оказывается не просто новой ученицей. Она заставляет Генри перестать быть наблюдателем и включиться в реальные отношения, полные неловкости, первых признаний и страха ошибиться. Их история разворачивается на
Студентка престижного университета на северо-востоке США сталкивается с анонимным расистом. Она утверждает, что её преследуют призраки из прошлого этого вуза. Три женщины пытаются закрепиться в старых элитных стенах, и каждая должна решить, где таится настоящее зло. Героиня теряет чувство безопасности в месте, которое должно давать знания и защиту. Вопрос не в том, верить ли в призраков. Выбор стоит между реальной угрозой со стороны живых и тем, что скрывают кампусные легенды. Одна из женщин
Солнечный курортный городок на побережье Флориды. Скромный фармацевтический работник, уже успевший потерять репутацию, случайно натыкается на схему: кто-то наладил выпуск смертоносных опиоидных вейпов. Он не ищет геройства, но теперь знает слишком много. За ним охотятся. Бегство выходит хаотичным: он не профессиональный разоблачитель, а перепуганный человек, который впутывает в погоню случайных прохожих и оставляет за собой шлейф разрушенных ларьков и сорванных сделок. Комедийная неловкость
Москвичка спешит в метро с детской коляской. Другая женщина держится за поручень, вглядываясь в лица пассажиров. Третья сидит с закрытыми глазами, положив руку на живот. Их пути пересекаются в один миг, но каждая несёт свою историю материнства. У одной это ожидание первенца. У другой - потеря и попытка удержать то, что осталось. Третья балансирует между работой и ребёнком, чувствуя, как силы тают день за днём. Четвёртая и вовсе сомневается, готова ли стать матерью. Происшествие в метро заставит
Нью-Йорк, конец 2010-х. Семья собирается вместе, и за три дня привычный быт трещит по швам. Каждый из домочадцев застрял в своем кризисе: кто-то переживает середину жизни, кто-то не может найти себя во взрослом возрасте. Они мечутся, ссорятся и пытаются удержать равновесие, но напряжение только растет. Близость не спасает, а обостряет старые обиды. Родители и дети говорят не о том, что болит, и каждый шаг лишь отдаляет их друг от друга. Вместо поддержки - упреки, вместо понимания - глухая