Эвелин каждый день спасает чужие жизни в приюте для жертв насилия. Её сердце открыто для всех, кто приходит с болью, но оно разрывается от собственного бессилия. Она не может достучаться до своего сына-подростка, Зигги. Между ними выросла стена, и каждый их разговор — это тихое отчаяние. В это время в приюте появляется Кайл, ранимый мальчик, ищущий защиты. Эвелин находит в нём отклик, их общение становится островком спокойствия для них обоих. А тем временем Зигги, чувствуя себя заброшенным,
Шестнадцатилетняя Лина тайком снимает одноклассников на отцовскую камеру, выхватывая кусочки чужой жизни. Её сосед Итан, парень с треснувшими очками, носит в рюкзаке пиратский софт для монтажа. Их мир — это подсобка школьного театра, пахнущая краской и старыми коврами, и их общая тайна. Они снимают фильм про бездомного скейтера, находя декорации в промзоне среди ржавых контейнеров. Охранник пытается их прогнать, но Лина подкупает его кофе из термоса. Деньги, которые Итан копил на наушники.
Всё началось с тишины. Обычный дом, обычная семья. Но их дочь, Софи, стала другой. Отдалённой. Она часами сидела в своей комнате, разговаривая с воображаемым кроликом по имени Банни. Сначала это казалось невинной детской фантазией. Потом появились рисунки. Мрачные, тревожные. Банни был уже не милым. Он был существом из теней, с длинными иглами вместо меха. Он шептал Софи странные вещи, требовал её внимания. Родители, Лиза и Дэвид, чувствовали, как привычный мир рушится. Их ребёнка словно
Он шёл по жизни, как по тротуару, видя лишь асфальт под ногами. День за днём, один и тот же маршрут. Всё было предсказуемо и серо, пока на его пути не появился Пол. Этот парень ворвался в его существование с шумом и грохотом, с хаотичной энергией, которая сперва пугала. Он был полной противоположностью — импульсивный, шумный, живущий на разрыв. Их странное, необъяснимое общение стало трещиной в его монолитной реальности. Через неё пробился свет, которого он уже не ждал. Вместе они попадали в