Бывший чистильщик обуви Васко находит новую жизнь среди бандитов-революционеров генерала Монго. Мир, полный алчности и предательств, закаляет его, превращая в отчаянного бойца. В лагерь является шведский торговец оружием Йодлав Петерсон. Сделка проста: оружие в обмен на сейф с деньгами. Но комбинацию знает лишь один человек — профессор Ксантос, узник американского форта, идеалист и моральный противник Монго. Генерал отправляет Петерсона и Васко на опасное задание: выкрасть профессора из-под
На безжалостных просторах Дикого Запада захудалый городок замер в страхе под пятой бандитов. В это болото отчаяния входит он — Джанго, молчаливый странник. Он появляется из пустыни, волоча за собой на веревке гроб. Этот ящик — его единственный спутник и главная загадка. Местные шепчутся, не понимая, что за человек решился бросить выволку жестокому майору Джексону и его головорезам. Но Джанго не нужны слова. Его решимость — вот что говорит само за себя. Он один, но его воля кажется несгибаемой.
Это история о Лулло Мадза. Он простой рабочий на заводе, один из многих. Живет тихо, хочет лишь спокойно трудиться и получать свою зарплату. Но вдруг он оказывается в самом центре бури. С одной стороны — товарищи по цеху, профсоюзные активисты. Они видят в нем брата, символ угнетенного класса, и призывают к борьбе. Говорят о справедливости, о лучшей жизни для всех. Их слова горячи, полны надежды. С другой — начальство. Они сулят ему стабильность, безопасность, маленькие привилегии за
Марчелло, бухгалтер из Турина, три вечера в неделю задерживался «на сверхурочные». Однажды Лучия, перебирая его пиджак перед химчисткой, нашла билет в кинотеатр «Аполлон» — сеанс 18:30, два места. «Ты же вчера смотрел отчеты у Стефано?» — спросила она, встряхивая бумажкой. Он покраснел, уронив вилку в тарелку с пастой. А была ещё Карла, продавщица из галантереи. Их встречи в кондитерской у вокзала пахли эспрессо и слоеными корзиночками. «Твоя жена до сих пор красит волосы хной?» — спрашивала
Марчелло, худой рыбак со шрамом, разгружал тунец на неаполитанском рынке. Его сестра Роза торговала лимонами, шептала про долги. Он молча совал в карман смятые лиры — плату за контрабанду сигарет. По четвергам в порту человек в кожаной куртке требовал долю для семьи Кампана. Однажды Марчелло вместо денег вытащил нож. Через час тело нашли в канаве у фабрики. В Барселоне Сантьяго, бывший монах, чинил велосипеды в гараже за церковью. По ночам он прятал конверты для эмигрантов. За этим делом его
Лука разгружал ящики с сардинами, его пальцы навсегда пропахли солью. В кармане он носил фотографию сестры, погибшей при невыясненных обстоятельствах. Карла, дочь хозяина лавки, прятала под прилавком роман, пока отец кричал на нее. Их мир был тесен, пах рыбой и ложью. Однажды Лука увидел, как Винченцо, рука местного босса Дона Марио, сунул в ящик с кальмарами сверток. «Мертвые не плачут, Лука», — бросил он, вытирая нож. Это был знак. Запах жареных каракатиц смешивался с вонью канализации, когда
Мартина разгружала ящики с сардинами в неаполитанском порту, её руки пахли рыбой и усталостью. Вечерами она прятала скудные лиры в жестяную банку, закапывая её под плиткой, а по воскресеньям носила украденные апельсины больной матери. Её жизнь была замкнутым кругом бедности, пока не появился Сальваторе с татуировкой якоря на шее. Он принёс конверт с фотографиями и предложение — достать расписание кораблей. Заплатят втрое больше. Мартина колебалась, но новые лекарства для матери не оставили
Карла, дочь профессора, приехала преподавать в Турин. В трамвае вор выхватил её кошелёк, но его поймал рабочий Марко, весь в машинном масле. Она пригласила его на кофе. Он стеснялся своего мира — гудков завода в шесть утра, комнатушки в Сан-Паоло. Но Карла настаивала. Они поженились. Она бросила преподавание, он пропадал на конвейере. Возвращался уставший, пахнущий металлом. Её стихи раздражали его, её печатная машинка — его мать Розу. Миры столкнулись в тесной квартире, пропитанной запахом